Вверх

Вниз

KHR! Dark Matter

Объявление

Приветствуем на проекте KHR! Dark Matter, славные отбросы!



Рейтинг игры: 18+
Система игры: эпизоды
Мастеринг: смешанный
Время в игре: 08/2015



Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru



•Внимание! На форум принимаются неканоны по согласованию с администрацией.




•Не впадаем в осеннюю депрессию, одеваемся потеплее и бережём себя от вирусов! Хороших дней и позитивного настроя!

•Хранители Тунца и офицеры Варии, члены банды Кокуё и представители семьи Джессо проходят по акции с упрощённой анкетой.
•"Будь у Дино чуть больше амбиций, он бы сейчас воспользовался моментом, чтобы невзначай подсидеть Вонголу, сбросить её с лидирующего места в Альянсе и самому стать главой мафиозного сообщества" [читать эпизод]

•"Чувствовалось, как слепленная на скорую руку связь лопалась подобно мыльному пузырю, но с этим ничего нельзя уже сделать. Нить Кёниха сгнила первой — ничего нового, но душа с упорностью танка продолжала цепляться за мифическую надежду, что она не порвется" [читать эпизод]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KHR! Dark Matter » Личные эпизоды » Tibi et igni. Прочти и сожги


Tibi et igni. Прочти и сожги

Сообщений 31 страница 39 из 39

31

[AVA]https://pp.vk.me/c636725/v636725905/3b48f/F_AFqpOqQnU.jpg[/AVA]
Скуало после первого взрыва гнева никак не мог отдышаться и успокоиться. Не здесь, ни сейчас, ни с ними, этими ублюдками. Как они не понимают!.. Нет, они не могут понять. Не могут! Грудь, стягиваемая бинтами, по-прежнему вздымалась рвано и резко. Он в очередной раз обвёл всю эту свору взглядом, полным злости, чувствуя себя загнанной жертвой среди голодной волчьей стаи, почуявшей кровь. Пусть Луссурия, устроившись на своем месте и замолчав, выглядел даже заскучавшим, но взгляд глаз, скрытых за тёмными очками, как за ширмой, был не менее пристальным и требовательным, чем тот, что адресовал ему Маммон из под капюшона или Бельфегор из под чёлки, раздражающие смешки которого выжидательно стихли. Один взгляд Леви был открытым, тёмным и полным всепоглощающей ненависти, разгоравшейся в глубине.  Сволочи!
Продолжим?
Невозмутимый вопрос туманника, руководящего этим разговором, заставил Скуало скрипнуть зубами. Как будто они всего лишь сидели на очередном заседании за столом, переходя от одного пункта повестки дня к другому… Да чёрт возьми, никому из них не было важно, хотел он говорить или нет. Маммон ничуть не лучше того же Тимотео или Оттавио, которые давят своей властью, не давая вздохнуть, зная, что им нечего противопоставить, что ему… ему, Скуало Супербиа, не сорваться с этой цепи. Хотя… Неужели так просто получилось отвязаться от прилипучего и въедливого, как ржа, мелкого? Послав к Оттавио и всё? От ходячего кассового аппарата, пожалуй, ничего больше и ждать не стоило. Неужели можно выдохнуть, подобрать форменный китель и вернуться к своему обычному ничегонеделанию?  Он прекрасно понимал, что со стороны его капитанство смотрелось ещё гаже и омерзительнее. Отвратительно. Докатился. Великий мечник… Послушная игрушка.  Наверное, так чувствует себя дикий зверь, которого поймали и заперли в тесную клетку, надеясь, что тот постепенно свыкнется, станет послушным и предсказуемым. Но даже волчата, вкусившие дух свободы, вырываются при первой возможности и сбегают в лес.  Не стоит об этом забывать. Его задело за живое. Зацепило, как гарпуном. До этого момента Скуало не осознавал, действуя по инерции и сосредоточившись на прошлом, насколько погряз во всей этой тухлой, тошнотворной и мутной трясине. Чувство ничтожности и бесполезности были ему хорошо знакомы, но в последние годы, уверившись в своей силе, он забыл об этом. И теперь опять. Все в ту же грязь. Нет. Никогда! Пусть не хватает знаний, опыта и образования, возьмет другим. Для начала – хотя бы читать всё, что попадает к нему, надеясь, что поглощаемый объем информации, в конце концов, поможет составить картину жизни Варии, понять, как именно устроена вся эта хрень. Обращаться к кому-то за помощью он не станет. Никогда и ни к кому. Справится. Сам. Как раньше путём проб и ошибок, учился фехтовать, сроднившись с мечом, так и сейчас эти чёртовы горы чёртовой макулатуры должны стать для него самым увлекательным чтением… времени у него вагон и тележка.
Скуало по-прежнему смотрел на всех зло, исподлобья, но взгляд неуловимо изменился, отливая сталью. Не той, прежней, гордой, полной звона побед, а другой, переплавленной, но не менее смертоносной и опасной.
У тебя есть другие предложения? – огрызнулся он, не особо задумываясь, что именно сказал. Пофиг. Для себя он уже все решил. Так на пепелище прорастают ростки нового, сильного, выносливого, живучего, приспособленного.
Продолжим… Да, всё продолжается. Время неумолимо течёт вперед, и им нужно идти дальше. Но…
Супербиа помрачнел, услышав очередной вопрос Маммона. Ключевой. Страшный. От которого повисла звенящая тишина, а воздух словно исчез из этой комнаты. Как ответить? Чтобы они поняли? Чтобы перестали доставать его? Сказать правду? Окончательно запишут в психи. Лёд. Кристаллы… Как о таком рассказать... Он уставился в одну точку, не мигая, и сжал в кулак живую руку. Немилосердная память подбрасывала картинку за картинкой, прокручивала моменты в подвале, звуки, ощущения… Видимо, на его лице явно отразилась все эмоции, которые Скуало никогда не умел контролировать. Особенно сейчас. В этой тишине громом прозвучали слова Леви. Супербиа дёрнулся, словно выныривая из холодной воды. Подавленная ярость вновь вскипела в нём.
Убирайся!! – прорычал Скуало. Он не хотел видеть эту усатую самую мерзкую на свете морду. Никогда в жизни. Пусть исчезнет, растворится, уползет в самую тёмную дыру этого мира, сдохнет там и больше не попадается ему на глаза.–  Крысы всегда бегут первыми с тонущего корабля!  – и одна мысль не давала покоя, скользя по краю сознания. Тимотео явно знал о намерениях Занзаса, был готов ко всему, что они задумали, так что… И те слова.
«Йемитсу просил тебя не убивать».
Врооой! Может, это ты, ублюдок, нас тогда предал?!! Во время мятежа?! Говори!!
Если эти сволочи думали, что могут спрашивать у него, то у него есть и свои вопросы! А этот – на втором месте после судьбы Занзаса! Супербиа опять вскочил со своего места. Бледный, словно выцветший. На лице горели только глаза, полные злости и гнева.

+3

32

Был ли Скуало самым проблемным из компании? Однозначно на этот вопрос ответить нельзя: старшие офицеры все, как на подбор, отличались тяжёлыми характерами, сдерживать пагубные проявления которых получалось только у Занзаса. Лишившись Босса, варийцы не разошлись по разным сторонам - пока. Но только потому, что подсознательно ни один из них в смерть Занзаса не верил, и только один человек из присутствующих мог прояснить картину, но из-за своей непонятной упёртости отказывался произнести хоть слово по делу.
Да/нет, неужели Маммон многого требовал? В настоящий момент он не просил подробностей, не хотел знать всех деталей событий, свидетелем которых стал Скуало. Вайперу нужно было услышать один ответ на конкретно поставленный вопрос, без двойного дна, без подвоха. Скуало с этим справиться не смог - какое-то время молчал, а затем перевёл всё своё внимание на пожелавшего покинуть комнату Леви.
"Как маленькие дети..." В такие моменты Маммон чувствовал себя невероятно взрослым и разумным человеком - не то чтобы это отличалось от действительности, просто внешний вид иллюзиониста вызывал совершенно другие ассоциации.
Скуало кричал, Леви стоял у двери, ожидая, пока его выпустят, Луссурия и Бел, судя по всему, собирались молча наблюдать за происходящим. Другой вопрос, что выражение лица первого выдавало искреннее беспокойство за обе конфликтующие стороны, тогда как Принц явно чувствовал себя как в бесплатном театре. Представление идёт, Бельфегор сидит и болтает ногами, не принимая непосредственного участия.
Маммон мог бы проявить фантазию и успокоить разбушевавшегося Скуало, талант иллюзиониста всегда помогает при необходимости нестандартных решений проблем. Но не стал, только поправил складки на плаще, и какое-то время молча наблюдал за творившимся в лазарете дурдомом. Ничего не говорил, словно замер, обдумывая ситуацию.
Скуало - не актёр. Он не смог бы сейчас убедительно сыграть возмущение и на полном серьёзе обвинять Леви, будь мечник на самом деле причастен к предательству и/или сговору против Варии. Маммон всегда хорошо разбирался в людях, а потому в собственных выводах был уверен. Цели сегодняшнего собрания это не отменяло - пускай Скуало не был предателем, он всё равно ответит на поставленный вопрос. А Луссурия может немножко выдохнуть: что бы ни происходило в иллюзорном помещении, это не затронет реального лазарета, получит он свой кабинет в целости и сохранности. Здесь можно хоть бойню устраивать, а потом снять иллюзию и оказаться в привычно чистенькой обители Луссурии.
И это фактически развязывает Маммону руки.
- Никто отсюда не выйдет, пока я не услышу внятного ответа на свой вопрос.
Маммон давит? Пользуется ситуацией и своим полным контролем над пространством, в котором заперты старшие офицеры? Пусть так, иллюзионист никогда на звание самого высокоморального человека не претендовал - как и любой из присутствующих, иначе они не были бы старшими офицерами отряда убийц. За свою жизнь Вайпер научился использовать любые доступные ресурсы в своих интересах, так или иначе добиваясь желаемого. То же самое будет и сегодня, Маммон не отступит, времени у него, спасибо провальному мятежу, полно, он совершенно никуда не торопится, может и в иллюзорной комнате посидеть, ему здесь вполне комфортно.
Ему на самом деле хватило бы одного слова. Маммону нужно было услышать из проверенного источника или подтверждение факта смерти Занзаса, которое чужаки так активно пытаются вбить в головы варийцев, отравляя этим жизнь и взгляды на дальнейшие перспективы, или узнать о том, что есть шансы на возвращение Босса. И если правдиво второе утверждение, то он был готов ждать. Неважно, сколько - у отряда появляется цель, без неё варийцы разрозненны и создают конфликты на пустом месте.
Неизвестность может убивать куда сильнее, чем знание самого плохого из возможных вариантов, у Маммона был печальный опыт, когда он смог в этом убедиться. Информационный вакуум ему не понравился тогда и безумно раздражает сейчас, сбивая концентрацию и не давая спокойно жить.
- Скуало?
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1704/22/4bc880099bcf.png[/AVA]

Отредактировано Mammon (02.10.2017 18:04:49)

+2

33

Ну вот опять. Луссурия инстинктивно подбирается, готовый, броситься разнимать спорщиков, хоть это и не нужно, но оставаясь сидеть и не вскакивая больше, уже даже почти привыкнув и смирившись с нервной, вообще ни разу не здоровой обстановкой. Парень смотрит с сочувствием на каждого из двоих, испытывая потребность не то погладить по головкам и вручить сласти, не то расставить по углам, как нашкодивших пацанят, но вместо этого тяжко вздыхает и закатывает глаза, не удержавшись от того, чтоб картинно вознести руки к верху, в направлении предполагаемых небес.  И пусть бы разверзлись хляби небесные, окатив двух психующих офицеров с головы до ног водичкой по холоднее. Может тогда они прекратили бы собачиться, думать только эмоциями и инстинктами, то есть, вообще не думать, забывая даже о капельке рационализма. Вот уж точно, не цивильные воспитанные молодые люди, а шпана из ближайшей подворотни, под контролем одного маленького не маленького взрослого, с гениальным дитёнком в качестве зрителя, и уже на показ вздыхающем и охающем фее, у которого на лбу написано «Ну, ма-а-альчики!».  И ведь должны же, ну должны понимать, что всё можно было бы решить мирненьким диалогом. Скуало - что ему никто (кроме Грозы, разве что), зла не желает, и вообще, расспросы не от хорошей жизни ведутся. А Леви мог бы и не нагнетать ещё больше, перехватывая пальму драмы выказанным жестом.

-Ну ма-а-альчики! - Солнышко всё таки озвучивает, заполнив голос неподдельной укоризной, надеясь воззвать к совести скандалистов. - Ну мы же циви-илизованные люди! - Ей богу, лучше бы он и дальше молчал, так как и без того понятно - всем абсолютно чихать на попытки Лусса примирить Грозу и Дождь.
Потому парень снова страдальчески вздыхает и закатывает глаза, чего всё равно не видно за очками, смотрит на Маммошеньку, не теряющего самообладания вообще никогда, сам не знает, чего ждёт, а потом встаёт и снова ставит воду на подогрев.
Леви психанул, Скуало так и не ответил, но тоже психанул. Хорошо, что есть иллюзионист, от которого образцово-показательными истериками не отделаться. Это к жалости и природной тактичности Лусса можно было воззвать, чтоб он отстал, Бельфегор вообще душечка, но иллюзиониста не проигнорируешь, как выяснялось более наглядно - и к счастью.

Солнышко слушает происходящее, аккуратно обойдя спорщиков и возясь с чашками, забив на пожелания кого либо, и заваривая чай на всех, просто помня предпочтения. Но слушает и всё так же ждёт, едва напрягаясь, ожидая услышать любой ответ, готовый как к любым словам, так и к любым действиям ребят на этой почве.
Расставив чашки только по одному ему понятной схеме на подносе, Лусс обходит комнату так, чтоб никто не поддел руку и не перекинул горячую ношу, расставляя парующий напиток в тех местах, где сидели варийцы, или куда возвращались их вскакивающие в порывах гнева представители.

Никто не выйдет? И ладно. Лусс и не собирался, а капитан и Леви поостынут. Хочется добавить нежное «Ну не упрямься, дорогой», но Солнышко сдерживает этот порыв, полагая, что он только ещё больше взбесит загнанного в угол, а от того очень и очень недовольного капитана, да и остальным на нервы будет действовать. Приходится молчать и делать вид, что напиток слишком горячий и его очень нужно студить, а не болтать.

+2

34

В комнате опять повисла гнетущая, удушливая пауза, словно туча, которая появляется на горизонте перед штормом, обещая много проблем и предостерегая об опасности. Не будь бы сдерживающего фактора в лице мелкого иллюзиониста, Скуало и Леви точно бы снова схлестнулись, и не известно, чем бы всё это закончилось. Вот только второй раз за день бросаться в очередной раз с нулевым результатом на этого раздражающего придурка было глупо. Электрический идиот смотрел на мечника как на полное ничтожество и молчал, но в глубине черных глаз клубилась ненависть и злость. Вряд ли ему было нечего сказать. Скорее, не видел в этом больше смысла. И так основное уже озвучил. Луссурия же, не забывая про свои обязанности Солнца, пытался в очередной раз утихомирить всех. Вот что-что, а казаться цивилизованным, то есть таким, как все, Супербиа не собирался. Он чувствовал себя диким зверем, который подружился с человеком и сейчас жестоко переживал его потерю, пока все остальные пытались дрессировать его на свой манер. Огнём, плетками, уговорами, любимой едой, угрозами и шантажом. Скуало усмехнулся: кажется, он сам начинает привыкать к этому состоянию. Под-чи-не-ни-я. Сердце глухо отстукивало в груди.  Блондин дернулся от этого тихого, вкрадчивого голоса Маммона, которого хотелось удушить в этом чертовом плащике, но деваться было некуда. Ни от его внимательного взгляда, ни от проклятых иллюзии. Мечник кинул еще один яростный взгляд на Леви, потом посмотрел на довольную усмешку Бельфегора, ждущего продолжения столько интересной беседы, на Лусса, который будто бы потерял интерес ко всему происходящему.  Супербиа прекрасно понимал, что они все имели право знать.  Все те, кто рисковали жизнями, кто шли ради Занзаса, пытаясь свергнуть Вонголу. Пусть они и руководствовались своими мотивами, но всё равно поставили всё на кон и проиграли. Губы блондина скривились как от боли. Он не хотел погружаться в эти воспоминания, но те слишком легко всплывали в его воображении…
Опять… тяжелые цепи, острые, поблескивающие грани кристаллов или льда… фиг поймешь – и массивные, укрепленные плоскости металлического куба…
Супербиа чуть ссутулился: то ли от тяжести, которая навалилась на его плечи, то ли по привычке сжимаясь, словно готовясь отразить удар, потом поднял взгляд. На Маммона смотреть было даже просто… Тот видел его глаза, а вот сам Скуало был избавлен от этой участи. Именно так тот сможет убедиться, врёт он или нет.  Только же от этой мелочи зависит то, сколько они будут еще отсиживаться в этой хрени. Конечно, можно было бы из чистой упрямости подержать всех даже пару недель, спешить им было некуда, но в этом не было смысла. Рука сжалась в кулак.
Врой… Занзас жив. В этом я уверен. Но освободить его не получится, – он обвёл всю свору волков, которым подпалили хвост, свирепым взглядом. Будь хоть одна возможность спасти Босса, он бы ею воспользовался, но… Тимотео прекрасно знал, что от них  ждать, был готов в мгновение ока скорее обрушить весь подвал, чем подпустить их к нему. Может, они сочтут его трусом. Плевать. Он против любой спасательной операции.  – Можете считать меня последним психом или идиотом, но… Занзас так и остался в подвале. Девятый заморозил его… какой-то странной техникой… Я с таким никогда не сталкивался. Это нечеловеческая способность… Возможно, Маммон, ты знаешь об этом больше?!
Взгляд стал пристальнее, в нём блеснула сталь. Почему-то раньше ему не приходило в голову, что тот может знать куда больше, чем все они о подобных вещах. У мелкого супер-пупер ребенка явно были за плечами ещё те тайны и скелеты, которыми тот не спешил делиться. Но может сейчас, под натиском фактов и под прицелом взглядов не только сам Скуало, но и Маммон попадёт под допрос и раскроет часть своих козырей.
[AVA]https://pp.vk.me/c636725/v636725905/3b48f/F_AFqpOqQnU.jpg[/AVA]

+3

35

"Занзас жив".
Два слова, которых варийцы ждали от Скуало. Два несчастных слова - и этого было достаточно для того, чтобы Маммон, расслабившись, кивнул Луссурии, взял из его рук чашку, сделал большой глоток горячего напитка, и приготовился убрать иллюзию. Необходимости удерживать офицеров в лазарете больше не было: Вайпер узнал всё, что хотел. Он обещал, что ему будет достаточно простого ответа, без подробностей? Туману не свойственна честность, но на этот раз Маммон имел в виду именно то, что произнёс вслух. Да-нет. Жив-мёртв. Большего от Скуало пока не требовали.
Неожиданно у мечника словно развязался язык: он слишком долго держал всё в себе. Скуало тоже никогда не был весёлым компанейским парнем, но он нуждался в обществе. Когда-то он мог позволить себе уехать в Азию и провести там сколь угодно долго, совершенствуя искусство меча. Когда-то мог тесно общаться с Каваллоне - сейчас, понятно дело, такая роскошь ему не доступна, причин много и все они очевидны.
Общение с варийцами у Скуало тоже как-то не складывалось. Ближе всех ему был Занзас, их многое связывало и не важно, как сильно один этот факт раздражал Леви. Старшие офицеры открыто эти отношения не обсуждали, но каждый своё мнение уже успел составить.
Сложно, наверное, идти по коридору и думать, что тебя все ненавидят; Скуало же последние недели жил - существовал - именно так. Возможно, после сегодняшнего разговора всем станет немного легче.
Освободить Босса не получится - Супербиа мог это даже вслух не произносить. Если Занзас жив и мечнику об этом известно, может быть только одна причина, по которой остальные варийцы не в курсе происходящего. Видимо, с Боссом сделали что-то совсем из ряда вон выходящее, и Скуало - по глупости ли, по наивности или просто по неверию в силы остальных офицеров - решил, что помочь выбраться из ловушки они не смогут. Вот и молчал, варясь в собственном соку, раз за разом переживая события того дня. В одиночестве, как будто бы гордом.
Описание заточения Занзаса Маммона заинтересовало: пускай он и говорил, что не нуждается в подробностях, но раз уж их озвучили, слушать надо очень внимательно. "Странная техника, значит. Заморозил, значит". Иногда и забываешь, что работаешь с мальчишками, которые не росли в мафии...
- Возможно, - не стал отпираться Вайпер, задумчиво водя пальцами по кромке чашки.
Варийцы были подростками - но не идиотами, им не надо было лишний раз подчеркивать, что человек в три года просто физически не может обладать теми способностями, которые регулярно демонстрировал Маммон. Слухов об Аркобалено ходило достаточно; не надо быть гением, чтобы сложить два и два. Вслух это тема никогда не обсуждалась, у каждого офицера была своя тайна, и никто не лез к другому в душу, пытаясь её выведать.
- Босс всё в том же подвале, я правильно понимаю?
Вайпер слегка улыбнулся: он уже знал, что будет делать дальше. Да, это незаконно, опасно, запрещено и, по идее, очень невыгодно Девятому, но плевать Маммон хотел на главу Вонголы.
Он знает, что Занзас жив. Знает, где он. И имеет некоторые соображения касательно той техники, что использовал Девятый. Осталось лишь аккуратно проверить свою догадку.
- Это вполне себе человеческая способность, просто мало у кого хватит сил её использовать. Я лично таких людей не встречал.
На голове зашевелилась Фантазма.
- Если я, конечно, прав и понял, о какой технике идёт речь, - Маммон мягким движением провёл рукой по плащу, - но есть только один способ это проверить, - через секунду в воздухе словно растаяли тентакли. Ещё через мгновение иллюзии были сняты полностью.
Озвучивать остальное, опять же, нет смысла: и так понятно, что хочет сделать Вайпер. Проникнуть в подвал, лично убедиться в том, что Тимотео смог применить технику Первого - ну надо же, какой крепкий старик, по виду и не скажешь - и потом уже делать какие-то выводы.
Едва ли, правда, после посещения подвала Маммон сможет сказать остальным офицерам что-то утешительное: прав Скуало, говоря, что освободить Занзаса не получится. Не прав - не ставя сроки. Вайпер был плохо знаком с той техникой, откровенно говоря, предпочёл бы держаться от способности такого уровня подальше, но на своём опыте иллюзионист неоднократно убеждался, что нет ничего невозможного. Когда  ты лично умеешь творить то, что не существует, понятие "возможности" начинает коррелировать только с понятием "времени".
Варийцы подождут - ни одна техника не длится вечно. И если Маммон хоть что-то понимал в политике, то Девятый не может и не хочет оставлять приёмного сына навечно во льдах, даже если отбрасывать людскую сентиментальность, обычно крепнущую с годами.
- Когда я что-то узнаю, я сообщу.
Не "если", Маммон даже не сомневался в том, что сумеет разобраться в ситуации. Это займёт какое-то время, но он справится. И, раз уж все варийцы в одной лодке и преследуют один интерес, поделится информацией с остальными.
Возможно, даже бесплатно.
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1704/22/4bc880099bcf.png[/AVA]

+2

36

Когда звучат два заветных слова, Луссурия, ударившийся в изображение невозмутимости и полное игнорирование конфликтной обстановки, вскинул голову, пристально глядя на Скуало. На пару мгновений напускная безмятежность сходит, сменяясь сосредоточенностью и всем вниманием, имеющимся в беспокойной натуре солнечного офицера.
- Да! - Первая эмоция - воодушевление, но капитан ещё говорит, так что Солнышко высказывается шёпотом, не планируя привлекать к себе внимания. Такой порыв стоит ещё с десяток пирожных, впихнутых в каждого из офицеров, чтоб не сидели с такими кислыми минами, и не распространяли напряжение. Чуть попозже.
Пока же Луссурия слушает и на лице его явственно отображается удивление. По крайней мере, это более чем объясняло нежелание кэпа говорить. Он и сам себя замечательно накручивал, а тут ещё и самому теряться в догадках, более того - точно знать, что тебя не поймут, могут не поверить, обвинить в попытке поиздеваться, отъебаться, психической травме.
Трудно сказать, с каким скепсисом подробности воспринял бы сам Луссурия при других обстоятельствах, несмотря на всё его положительное отношение к мечнику. Скорее всего, ему потребовалось бы время чтоб осмыслить (да и ещё понадобится), время чтоб понять - это не глупая шутка самая настоящая правда. Сейчас же, когда Ску начал говорить под давлением, после упорных попыток к сопротивлению, кидания грудью на амбразуру и предотвращённого Маммошенькой рукоприкладства, не поверить трудно. Уж очень тяжело кэпу дались эти несколько реплик.

Солнышко внимает, пытаясь на скорую осознать услышанное и сопоставить с тем, что он уже успел узнать, работая среди самых неординарных, по меркам простого обывателя, личностей. Вария - элитные убийцы. Мафия, с которой связана Вария – оказавшаяся довольно загадочной структура со своими скелетами в шкафу.
То, что здесь не будет «как обычно» Луссурия поня,л ещё когда только поступил на службу и числился среди рядовых. Со временем Солнце научился не показывать удивления тому, что про себя называл странным, только спрашивать, впрочем, не пытаясь лезть в тайны больше, чем о них позволялось узнать, увлечённый более возвышенными или насущными вещами.
В этот раз, похоже, была очередная из самых страшных тайн, и дело было плохо. Босс жив. Но босс не здесь, и не отдыхает на отдалённом курорте, не заперт в башне аки прекрасный принц, под охраной дракона. И, Солнышко ни секунды не сомневался, будь у Скуало возможность его вытащить, где бы он не находился - он бы это сделал. А значит дело плохо.

Или не совсем? Судя по всему, их штатная умница так не считает, явно понимая, о чём говорит Ску, чем сразу же привлекает к себе всеобщее внимание, как по щелчку выключателя сгоняя недоумение, вместо него вызывая задумчивость . По крайней мере Солнышко задумывается, хотя со стороны это выглядит так, будто Луссурия злип в маникюр.

- Маммон, солнышко, будь осторожен! - Когда иллюзионист заканчивает говорить, Лусс возвращается с небес на грешную землю. Сомневаться не приходится. Репутация Маммона говорит сама за себя, и если тот сказал, что может что-то выяснить - так оно и будет, нужно только немного подождать. А подождать, ставя перед собой хоть какую-то цель гораздо проще, чем ожидать у моря погоды, кормясь размытыми формулировками и домашним арестом за «непослушание».

Снова обводя офицерский состав взглядом, Лусс отмечает произошедшие изменения. Сейчас уже будет не до ругани. Да и никто больше не удерживает никого насильно - самые буйные, если у них ещё осталась нужда в показательных уходах, беспрепятственно могут покинуть лазарет, давая себе время всё переварить в одиночестве.
Вот только самому Луссурие не очень-то хотелось, чтоб товарищи расходились, лишь бы не сандалили. Хотелось ещё немного расспросить Ску, пока он ещё говорит. Узнать подробности того, что он видел. Да только блондину и это тяжело далось. Жалко кэпа и его психику. Жалко и Леви. А Белу, может, и вовсе спать пора. Но, сели желающие поболтать найдутся - Солнышко будет только рад.
Только, несмотря на ярко выраженное желание общаться боксёр помалкивает, незаметно для себя успев опустошить чашку, ожидает реакции капитана, на возможность узнать что-то большее, что-то меньше похожее на сцену из фантастического фильма, где людей заточают во льдах до лучших времён.
А ещё хочется поспрашивать Маммона, и его, как раз, можно, но может лучше потом, когда тот выяснит что хочет, и сможет рассказать не только предысторию (если вообще захочет), но и пояснить что значит эта «техника» понятным языком.

+2

37

Если бы они были в театре, то, пожалуй, слова Скуало стали бы теми самыми, после которых следует благополучное завершение действия и опускается занавес: все узнали, что хотели, всем спасибо, все свободны. Вон, даже по рядам самовольных участников-зрителей этого импровизированного представления в двух частях пробежал одобрительный шепоток. Сам Маммон, мелкая жадюга и инициатор всего этого маразма, пустился с довольным видом чайовничать, явно получив всё, что хотел. Как бы Супербиа не возмущался такой деловитости и пофигизму – всё равно ничего не мог с этим поделать! Ори, не ори на этих идиотов, вызывай их на поединок или просто игнорируй – ничего не изменится! Но Вария не была театром, скорее военизированным дурдомом, который с легкой руки Вонголы сейчас оказался закрытым. Следовательно, никаким там театральным правилам он не подчинялся. Супербиа сверлил взглядом Маммона, который куда больше внимания уделял чашке, чем теперь ему. Но у мечника была масса вопросов, которые требовали ответов… И ещё, он сам до конца не сказал, почему обвинил Леви в предательстве?! Почему у него вдруг в голове сложилась эта фраза… Раньше он не думал о таком, не искал виноватого, кроме себя. Всё шло по плану, Вонгола была в замешательстве… Рыдовые во всяком случае – да. Он сузил глаза, уставившись в одну точку.
«Йемитсу просил тебя не убивать…»
«Йемитсу просил…»

Скуало дернулся как от удара и обвёл всех таким взглядом, словно оказался в клетке человеком, заражённым проказой предательства. Значит, всё-таки Тимотео знал о том, что готовится? И позволил им с Занзасом дойти до конца, до него, как в какой-то тупой игре до финального босса, чтобы провернуть какой-то свой план, получить власть над Варией и дофига чего ещё, о чем они только могут подозревать…Мог ли Маммон продать  сведения о заговоре, а потом пойти с ними на дело с видом, что поставил на кон все? Если вспомнить, то он в результате совершенно не пострадал… но тогда за каким фигом ему нужно было узнавать, жив ли Занзас?! Его вполне мог устраивать новый порядок, плюс, энная сумма на счету… Но ему нужны были гарантии возвращения Занзаса. Не виновен? Трудно понять мотивы, когда понимаешь, что вместо сердца у человека кассовый аппарат. Луссурия? Он был с самого начала в Варии, пожалуй, больше чем все они… Какие отношения были у того с Тира? Что связывало с Занзасом? Искренняя забота или притворство для вида? А Белу какой прок? Тому лишь бы убийств и побольше. Леви с его собачьей преданностью?  На деле они с Оттавио, которого в момент проведения операции вообще не было в главной резиденции Вонголы, получили больше всего «бонусов» казались самыми позорными предателями… Кидать обвинения в лицо кому-то без доказательств – вверх глупости. Как же все это бесило и раздражало Скуало! Ему, прямолинейному и открыто выражающему свои эмоции все эти закулисные игры и  подковёрная возня совершенно не нравились. Как просто было в путешествии, где ты один на один с противником и рассчитываешь только на себя! И как сложно в мафии, где не знаешь, на кого опереться и куда вообще встать… Прав был Дино. Ещё как прав. Вот только пока не вляпался – не понял. Супербиа зло втянул воздух сквозь сжатые зубы  и кивнул, подтверждая слова про подвал, но этот спокойный тон и последующие рассуждения мелкого вывели его из себя:  – Врооой! Маммон, не надо мне заливать! «Вполне человеческие способности»! Ни один из сотен моих противников ничего близкого не показывал! И Пламя Занзаса совершенно другое!! И почему при подготовке переворота ты об этом даже не заикнулся?!
Супербиа понесло. Он уже себя не контролировал. Когда сам ты до небес уверенный в себя крутой мечник, по сравнению с которым большинство фехтовальщиков жалкие дилетанты, плечом к плечу сражаешься с мастером  иллюзий, отличными и опытными бойцами, как Леви, Лусс и Бел и живым воплощением огненной мощи, которым был Занзас, то забываешь, что у потенциальных врагов может быть не меньше мастерства и талантов. Но неужели никто в мафии никогда не слышал о тайной технике Вонголы? О том, как сражается Тимотео? Или они слишком возгордились собой?Всегда надо быть готовым к худшему, но увы… крайнего сейчас искать можно бесконечно, до отупления и безумия. Прокричавшись, он не сразу понял, о чем там договорились Лусс и Маммон, в чем была вся соль обещания иллюзиониста «проверить и рассказать». Скуало почувствовал, что его обдало ледяным холодом, он метнулся к Маммону, ударил обоими руками по столешнице, на которой недавно стояла кружка чая, и опираясь на них, навис над ним: – ВРООЙ! Маммон! Ты ОГЛОХ?!! Я сказал – в ПОДВАЛ НЕЛЬЗЯ! Думаешь, они не знают, на что ты способен?!! Если ты попробуешь туда проникнуть – подвал взорвут! ОНИ УБЬЮТ ЗАНЗАСА! Не смей туда совать свой нос!! Я запрещаю, слышишь!! ЗАПРЕЩАЮ!!
А дальше Супербиа не хватило воздуха, словно тот был весь потрачен на этот отчаянный вопль. Перед глазами всё потемнело, он вцепился в край столешницы, стиснув её. Его немного повело. Пытаясь отдышаться, капитан смотрел с бешенством на Маммона, не зная, как достучаться до него и заставить отказаться от этой сумасшедшей затеи, которая для Занзаса могла стать фатальной.
[AVA]https://pp.vk.me/c636725/v636725905/3b48f/F_AFqpOqQnU.jpg[/AVA]

+3

38

Маммон всегда был известен своим деловым подходом к людям, событиям, заданиям... Рефлексией он не страдал, и по праву гордился свойственным себе адекватным пониманием мира. И он уж точно не обладал суицидальными наклонностями. Вайпер всегда очень высоко ценил свою шкурку - кто-то считал риск делом благородным, но точно не Маммон. Он брал сложные миссии, Варии других и не давали, не отлынивал от полевой работы, но абсолютно всегда у иллюзиониста был запасной план, а лучше, чтобы даже не один. О себе надо заботиться, не рассчитывая на остальных.
- Напомни, сколько тебе лет? Четырнадцать? О да, это солидный возраст для таких громких утверждений.
"Ни один из его противников не мог творить ничего подобного, ну надо же". А много ли было на пути Скуало тех, кто уверенно владел пламенем? Да и вообще, если Маммон вздумает записать всё, чего не знает нынешний капитан, он сможет собрать целую библиотеку.
Стоит также учитывать, что мечники, особенно такие идейные, как Супербиа, обычно придерживаются некоего кодекса. Маммон был наслышан об упёртых фехтовальщиках Востока, которые предпочли бы умереть, но не пойти на подлость, особо "гениальные" во время боя старались придерживаться одного-единственного стиля, по неясным причинам настаивая, что он непобедим и безупречен. Неудивительно, что такие поединки нередко заканчивались летальным исходом - одним идейным бойцом в мире становилось меньше.
Отчасти Маммон такую упёртость и убеждения даже уважал: в конце концов, он и сам принципиально не пользовался физическим оружием, предпочитая в любой ситуации действовать с помощью одного только таланта иллюзиониста. С одной стороны, что может быть проще банального убийства ножом? Просто, действенно... скучно. Распыляться на оттачивания навыков обычного боя в то время, как владеешь куда более убийственным и редким талантом просто кощунственно.
Маммон всегда считал, что нельзя успеть везде. Книжный червь никогда не станет великолепным бойцом. Иллюзионист не должен лезть в чужую сферу. Кто пытается и рыбку съесть, и косточкой не подавиться, чаще всего умирает первым, или просто не преуспеет в той области, к которой имеет наибольшие способности. Вайпер свои таланты умел оценивать адекватно: он невысокий, даже до Проклятья был ниже среднего роста, астеничного телосложения - ему ли брать оружие в руки и изображать из себя умелого бойца?
- И смею тебе напомнить, что твоими противниками были фехтовальщики, как часто во время спаррингов ты сталкивался с необычными способностями оппонентов?
В своём стремлении проникнуть в подвал Маммон желал не столько спасти Занзаса, сколько удовлетворить собственное любопытство. Едва ли одно только появление иллюзиониста рядом со льдом спасёт босса Варии от заточения, но если бы попытка проникновения в закрытый подвал прошла успешно, Вайперу хотя бы стало понятно, с чем они все имеют дело.
Стоило Маммону вслух сообщить остальным о своих намерениях и кивнуть Луссурии на его предостережение, как в очередной раз голос подал Скуало. Вернее, как: мечник сорвался с места, - Боги, тут два шага идти, не стоило так разгоняться - и навис над Вайпером, для пущего эффекта громко ударив ладонями по столешнице.
Вайпер выслушал оры капитана с невозмутимым видом, лишь вздрогнул от удара по столешнице, а вот Фантазма спокойствия своего хозяина не разделила. Жаба быстро перевоплотилась в змею и, раскрыв пасть и злобно зашипев, вплотную приблизилась мордой к лицу мечника. Того и гляди укусит за нос, а Маммон подстрахует любимицу, чтобы ей случайно от капитана не досталось.
"Да я сам не совсем понимаю, на что остался способен". Эти загадочные "они" могли только предполагать, что умеет Маммон, даже если им известно, кто он на самом деле и частью какой организации является. А вот другие слова Скуало заинтересовали иллюзиониста куда больше.
- Значит, подобный разговор с "ними" у тебя уже был, - поводов доверять мечнику становилось всё меньше, слишком много информации он скрыл от тех, с кем работал последние месяцы. Скуало не мог требовать того, чтобы к нему прислушивались, при этом сохраняя вокруг себя ауру таинственности и недосказанности.
- Какая трогательная забота о боссе, - Маммон не сдержал смешка, разговор он явно находил забавным. - Если ты вдруг вспомнил, что пока являешься капитаном Варии, то я готов выслушать любые твои предположения по поводу наших дальнейших перспектив. Будем сидеть и ждать? Чего? Милости Девятого? Прощения? Или ты от своих покровителей знаешь об их намерении растопить лёд?
Если да - хорошо, но это даст повод для новых вопросов. Нет - тогда есть ли повод радоваться, что Занзас жив? Пока он заморожен, для Варии он бесполезен. Тогда уж лучше влезть в подвал, во всём убедиться самому и пускай даже рискнуть попасть под взрыв. Маммон, правда, сомневался, что Занзаса убьют, да и за себя не особо беспокоился. Если что-то пойдёт совсем не так, у Вайпера был запасной план, а зная нерешительность, сентиментальность, если хотите, Тимотео, за сохранность жизни босса он тоже не переживал.
Хотели бы- уже бы сделали. А раз все до сих пор живы и здоровы, значит, именно в этом Девятый и был заинтересован.
[AVA]http://s019.radikal.ru/i630/1704/22/4bc880099bcf.png[/AVA]

+2

39

Скуало, нервы которого и так были взвинчены всем этим разговором, взбесился ещё больше, когда Маммон начал тыкать его ещё и возрастом! Как будто сам был на редкость взрослым, как будто не он тут ходил пешком под стол, но при этом строил из себя самого большого знатока жизни, людских сердец и противников! Раньше, когда Супербиа касался этого вопроса в разговоре с Занзасом, то у них все-таки были предположения, что «мелкий» знает куда больше, чем большая часть из них, что тот опытнее, мудрее, расчетливее, но говорило ли это о том, что старше? Конечно, мечник догадывался по самодовольной усмешке Босса, что у того с заразой Мамоном явно была какая-то своя договоренность, вот только никого кроме них двоих это не касалось, а разговор тот поддерживал только ради того, чтобы посмотреть, как Скуало в очередной раз будет носиться, возмущаться и строить дикие теории. С другой стороны, мало ли какие вундеркинды могут быть, тем более с такими поразительными способностями и прочим. Бел вон тоже не особо взрослый, зато творил такое, на что у многих не хватало ни мастерства, ни ума, ни фантазии… Так что хрен поймешь, кому тут сколько лет, и что на само деле дают эти самые годы-то? Для кого-то четырнадцать – самый беспечный и самый наивный возраст, когда от тебя ничего не ждут и уж тем более ничего не требуют, или же то время, когда взваливают на плечи чуть ли не всю тяжесть мира. В мыслях мелькнуло лицо Дино Каваллоне, но Скуало был настолько взвинчен, что быстро перескочил от образа друга к прямым оскорблениям.
ВРООЙ! А ты где видел?! В песочной куче в детском саду? Не заливай мне тут! – он вдарил кулаком живой руки по столешнице, – Маммон, заткнись! Я считал только фехтовальщиков, но сражался со всеми, кто попадался на пути! Иначе толку бы никакого не было! Но ещё раз повторю – среди всех тысяч людей, встреченных мной, только Занзас обладал настолько невероятными способностями!
Неужели мелкий действительно думал, что он, Скуало, никогда не сталкивался с теми, кто пытался застрелить его или же отказывался от сражений с любым другим оружием? Да это практически было невозможно! Верный своему клинку Супербиа шёл впёред, оттачивал свое мастерство и сражался столько, сколько того требовали обстоятельства. Что скрывать, огнестрельное оружие было для него проблемой, поэтому мечник, как боец на ближней дистанции, прорабатывал десятки вариантов решения этой проблемы. Иначе бы его просто положили ещё бы во время мятежа, как и любого другого. Далеко не все решает тип оружия, а вот умение использовать свое – и знать свои слабости – многое.
Глаз Маммона по прежнему не было видно, но Скуало не сводил взгляда с его лица, не обращая внимания на повисшую, явно недовольную подлюку-змеюку перед лицом. Хотелось схватить её и, завязав в узел, выкинуть в ближайшее окно, вот только он понимал, что обострять конфликт до предела нет смысла. По сути, никто из них не собирался переходить к активным действиям. Волки на цепи. Ни дать, ни взять. Маммон, конечно же, уловил скрытую суть в его словах, но Скуало не собирался отрицать, что Тимотео проводил с ним жёсткую  дрессуру. Вот только если бы они знали то же, что и он, видели то же, что и он – то не тявкали бы сейчас и не рыпались.
Был, – коротко отрезал он. Пусть считают что хотят. Ублюдки. Насмешка Маммона заставила его тонкие губы скривиться. Да, он с тех пор, как на него свалилось это «звание», относился к нему как к формальности, да, это когда-то, когда получил предложение в Варию, бравировал перед Каваллоне тем, что возглавит её и станет сильнейшим в ней, но потом всё круто изменилось. Власть он получил, но не принимал. Что ж, пора было взять ответственность на себя. – Да, Я – КАПИТАН. И… – он обвел всех присутствующих пронизывающих взглядом, одновременно с этим собирая  воздух в лёгкие, пусть это и отозвалось болью в сломанных рёбрах: – ЗАПОМНИТЕ ВСЕ! Я ЗАПРЕЩАЮ ПРИБЛИЖАТЬСЯ К ПОДВАЛУ! Если я узнаю, что КТО-ТО… – тут взгляд был адресован Маммону, – ПОСМЕЕТ НАРУШИТЬ МОЙ ПРИКАЗ, ТО Я ЛИЧНО СДАМ ЕГО ДЕВЯТОМУ! - сил на большее не хватило, он начинал задыхаться, но главное он уже сказал. Плевал он на всех, но объяснять он больше ничего не будет. Сам со всем разберётся. Это только его груз, его проблемы.
«Тимотео просил тебя не убивать…»
Супербиа крепко сжал руку в кулак, потом подобрал свой китель с проклятыми двумя аксельбантами, и не особо ловко, не сразу попав в рукав левой рукой, надел на себя. С застёгиванием он решил не мучиться.
Занзас справится со льдом и вернётся, – глухо, но твердо произнёс Скуало, сузив от злости потемневшие глаза. 
«Иначе просто быть не может»

[AVA]https://pp.vk.me/c636725/v636725905/3b48f/F_AFqpOqQnU.jpg[/AVA]

+2


Вы здесь » KHR! Dark Matter » Личные эпизоды » Tibi et igni. Прочти и сожги


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC