Вверх

Вниз

KHR! Dark Matter

Объявление

Приветствуем на проекте KHR! Dark Matter



Рейтинг игры: 18+
Система игры: эпизоды
Мастеринг: смешанный
Время в игре: 08/2015



Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru



• На форум принимаются неканоны. Очень ждем Боссов Семей Альянса




•Приближается зима и самое темное время года. Берегите себя и храните тепло своих сердец




•В игру требуются: представители Семьи Ферро, Хибари Кёя, Бельфегор, Луссурия, аркобалено
•"Но, как ни странно, удары, которые вряд ли понравились бы кому-нибудь другому, действительно сделали свое дело - Ямамото очнулся. Словно вынырнул из ледяного океана, в котором несколько минут назад тонул. " [читать эпизод]

•"Бабы, виски, дорогие сигареты… да как вообще с таким набором можно до 30 дотянуть? Почему печенка до сих пор не отвалилась? Или брешут, или же это все чертов пафос." [читать эпизод]

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KHR! Dark Matter » Личные эпизоды » Вопрос доверия


Вопрос доверия

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

1. Время и место
Через 4 месяца после Конфликта Колец, Палермо
2. Участники
Dino Cavallone, Superbia Squalо
3. Краткий сюжет
Это не первое и не последнее покушение на одного из Донов Альянса. Но, пожалуй, единственное, которое интересует Скуало.

+1

2

Сознание вернулось к Дино внезапно — также внезапно, как и исчезло. Некоторое время Каваллоне молча лежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к своим ощущениям и пытаясь восстановить в памяти последние события. Казалось, что болело всё, от гудящей головы до ватных ног, и тем не менее, эпицентр боли Дино определил в левом боку. Медленно приоткрыл глаза, с минуту тупо смотрел перед собой, силясь понять, где он находится и как сюда попал, а затем перевёл взгляд вниз. Ожидаемо увидел профессионально наложенную повязку, картина постепенно приобретала ясность.
Сбоку раздалось невнятное шуршание, и через секунду рядом оказался Ромарио. Целый. Невредимый, главное, живой — Дино слабо улыбнулся подчинённому.
- Сколько я здесь?
Больничную палату одного из комплексов в Палермо Каваллоне узнал относительно быстро: сам же согласовывал и его расположение, и оборудование, теперь неплохо ориентировался во всём здании. Постепенно возвращались воспоминания предыдущего дня. У Дино теперь не возникало вопроса, где он и почему попал сюда, единственное, что его волновало — это потраченное на лечение время.
Покушения на членов мафиозных группировок никогда не принадлежали к исключительным событиям: право Вендетты никто не отменял, разногласия между кланами происходили с завидной регулярностью, в общем, чтобы выжить, нужно было быть предельно осторожным. Особенно если ты Дон Семьи, которая слишком быстро и неожиданно для всех вышла из кризиса, заняла своё место в Альянсе и в течение последних нескольких месяцев оказывала влияние на Вонголу. А как иначе назвать тренировки с Хибари, непосредственное присутствие Дино в Намимори и личное знакомство с будущим Десятым? О Тсуне одно время никто даже не слышал, а Каваллоне мало того, что знал почти всех его Хранителей, так ещё и Саваду «младшим братом» называл. Если рассматривать эти отношения с одной лишь позиции выгоды, ход Дино могли посчитать как невероятно продуманный: задружиться с будущим главой Альянса никто бы не отказался. Каваллоне никого ни в чём переубеждать не собирался, тем более что в лицо ему никаких претензий не озвучивали. Боялись. И правильно делали.
Дино всего двадцать два, а он пережил не одно покушение. Обычно удавалось иди вовремя заметить наёмника, или устранить угрозу: убийцы пытались заминировать автомобиль, неожиданно нападали, устраивали ловушки... Но вчера что-то пошло не так. Каваллоне вместе с Ромарио и Марко, телохранителем, находился на переговорах с перевозчиками наркотиков, уже подписывал соглашение, как внезапно выяснилось, что все они попали в хитро расставленную ловушку. Дино помнил, как оттеснил в сторону Ромарио, оглушил одного из напавших, затем помнил острую боль в левом боку — и на этом его воспоминания обрывались. Консильери пояснил, что Каваллоне устранил ещё двоих убийц, с остальными разбирался Марко. Сам Десятый этого не помнил, видимо, двигался чисто инстинктивно, стремясь защитить своих, а потом отключился. Его вовремя доставили в ближайший к месту событий госпиталь, принадлежавший Семье; в нём-то Дино сейчас и находился.
Каваллоне попробовал сесть в кровати, тут же наткнулся на суровый взгляд консильери, и поднял ладони вверх, словно признавая правоту помощника. Временно — долго оставаться в кровати ему не положено.
- Подготовь костюм, на собрание Альянса я должен появиться вовремя.
Слухов могло ходить много: наверняка кто-то уже пустил клич о ране Каваллоне, наверняка приукрасил события, в итоге представители сильнейших Семей буду ждать (не)появления Дино на собрании. Такого удовольствия он им не доставит. Каваллоне слишком хорошо знает, чем может обернуться для целого клана даже минутная слабость лидера. Ромарио это известно не хуже, чем Дино, а потому мудрый консильери не спорит. Кивает, несколько секунд оценивающе смотрит на Каваллоне, а затем выходит из палаты.
Собрание проходит тяжело: рана ноет, голова гудит, но у Дино получается сохранять спокойный вид, ничем внешне не выдать своей слабости. Стоит ему показать собравшимся доказательства вчерашних событий — и весь клан спишут со счётов. Слабым здесь не место, их устраняют, как отработанный материал. Можно, конечно, понадеяться на заступничество Девятого, но Каваллоне знает, чем это в итоге обернётся. Семью перестанут воспринимать как самостоятельную единицу, не станет ни один и Донов считаться с теми, кто не может справиться со своими проблемами самостоятельно. Дино хорошо обучили, поэтому он сидит в зале собраний, участвует в обсуждении насущных проблем и ни единым жестом не показывает, что покушение вчера состоялось, и почти успешно.
Кажется, он был убедителен: после собрания к нему словно ненароком присматриваются, но никто ничего не говорит вслух. «Справились», - думает Дино, подходя к машине и устраиваясь на заднем сидении. Водить он сейчас точно не в состоянии, благо, на подобные мероприятия Донам и не принято сидеть за рулём.
Только в родном поместье Каваллоне выдыхает, сжимает зубы и устало прикрывает глаза. За закрытыми дверями, перед своими людьми, можно позволить себе небольшую поблажку. Ещё через несколько минут Дино оказывается в гостевой комнаты, — до неё ближе, и подниматься на второй этаж не надо — стягивает с себя пиджак и рубашку, а личный врач тут же приступает к осмотру. Повязка пропиталась кровью, спасибо, на тёмном костюме следов всё равно не было бы видно, бок болит, швы воспалились. Врач сердито хмурится, что-то тихо произносит, и приступает к работе.
Свежие повязки, антибиотики, удобная, не касающаяся раны одежда — осталось попробовать хотя бы этот вечер отлежаться. И Дино уже заранее сомневался в такой возможности.

+3

3

Февраль. Сицилия. Один из варийских полигонов. Разящий, влажный ветер с моря, прохладная и переменчивая погода, когда дождь не редкость, а обычное дело, заморозки по утрам, и иногда до +20 днём – вот те условия, в которых они жили в последние дни. Скуало считал их идеальными для долгих тренировок на выносливость. Для всяких же там неженок и маменькиных сынков, такое, пожалуй, было чересчур. Благодаря чему сразу становилось понятно, кто и из чего сделан. Особенно важными подобные учения были для проверки салаг. Пусть до иссушающей выматывающей жары и штормов ещё далеко, однако настоящий вариец должен уметь выживать в любых условиях: от тропиков до Антарктиды. Новые испытания всегда не заставят себя ждать, а пока сам мечник носился с непредсказуемостью шаровой молнии по горам, упивался ощущением собственной возрастающей силы, вдыхал с наслаждением солёный, пахнущий водорослями воздух и чувствовал себя в своей стихии.
Сейчас, притормозив на одном из уступов, Скуало быстро осмотрел открывающуюся ему панораму. Он фыркнул, потом усмехнулся, отмечая, что в целом с заданием справлялись успешно, без срывов. Кое-кто показал очень даже сносные результаты. Кое-кто ленился. Но этим он вошьет потом.  Конечно же, никакой похвалы ни в чей адрес мечник не собирался озвучивать, пусть и был доволен тренировкой. Вечером на построении все получат свою порцию пинков и ругательств. Чтоб не фига не расслаблялись. Но его радовало. Не могло не радовать, что Вария уже оправилась от пережитого кошмара и мясорубки Конфликта Колец, вновь воспряла духом, наращивая мускулы и силы, сохраняя свой неприступный и воинственный нрав. Жизнь вливалась в привычное русло. Тренировки, перепалки, планирование и прочие ежедневные дела затягивали. Не было лишь одного –  заказов для офицеров, но все прекрасно понимали, что всё это временно. Не так, как восемь лет назад. Да, пусть Вонгола и натянула поводки, которые сама же ослабила в октябре, но все знали – это для вида. Усмешка на тонких губах стала кривее и злее. Шли бы они все к чёрту! Скуало не сомневался, что Занзас не остановится. Ему лишь нужно время. Им всем нужно время. А оно у них есть. А пока… Он приготовился к новому прыжку, собираясь добраться до вершины горы, но тут во внутреннем кармане зазвонил телефон. Раздраженно рыкнув, Скуало достал его: номер не определился, но он его прекрасно знал. Просто так этот человек не стал бы его беспокоить. Особенно здесь и сейчас.
–  Врой! – крикнул он в трубку, вслушиваясь  грубый, выдающий заядлого курильщика, голос.  – ЧТО?!!
Лицо Супербиа сразу же потемнело. Чем больше он слушал, тем сильнее мрачнел и сжимал живой рукой несчастный телефон, который, будь у него голос, наверное, завопил бы громче самого варийца. Дослушав всё, что хотел сообщить ему информатор, он отрезал: – Копай дальше. Сочтёмся.
И отключился.
Покушение. На Дино Каваллоне…
Первое слово в сочетании с именем друга никак не хотелось соединяться в его сознании. Дальше вставали «серьёзное ранение» и «гастролеры». Эта скользкая  информационная крыса своё дело знала. В одно время помог ему докопаться до нужных сведений и сейчас, очевидно, что-то планировал получить из этого витка событий. Дино Каваллоне. Что и сказать. Птица высокого полёта. Один из Боссов Альянса, ключевая фигура, друг будущего наследника Вонголы… Шумиха вокруг него поднялась с новой силой в последние месяцы, а где светы прожекторов, там и максимальная угроза. Для самого Супербиа было важно совершенно другое. Не раздумывая, он прыгнул вниз с уступа, со скоростью молнии помчавшись отыскивать первую попавшуюся машину.
По дороге к поместью Каваллоне он не успел перекипеть и успокоиться. Он лишь крепче сжимал руль, и смотрел вперед. Скуало бешено раздражали цветущие миндальные деревья, лепестки которых срывало ветром, залепляя стекло. Они словно издевались над ним. Казались неуместными, как мишура, конфетти и серпантин во время строгого поста. Ему как-то всегда сложно было представить, что Дино может пострадать. Кто угодно другой, но только не он.  На душе было мерзко. Они только недавно помирились после стольких лет болезненного разрыва, и вот… Скуало, прекрасно понимая своё положение, следующую встречу с Каваллоне планировал только в марте. Где-то между их днями рождениями или уже после того, как пройдут оба, желая возродить эту традицию и нормально отдохнуть рядом с другом. А тут… Чёрт возьми!  Но главное живой. Конечно же, Скуало не рассчитывал, что Дино или кто-то из его Семьи позвонит ему. Он и мелкий-то никогда к нему не обращался за помощью. Не из-за упрямости или еще чего-то, принятого в мафии, просто Жеребёнок был так устроен. Вот же…
Когда Супербиа добрался до поместья Каваллоне, ветер усилился и заморосил мерзкий косой дождь. Он нервно дернул плечом, когда почувствовал его на своей коже, но не стал накидывать капюшон форменной куртки, лишь ускорив и без того быстрый и резкий шаг, приближаясь к посту охраны. Патлы то и дело хлестали по лицу,  выбешивая его еще больше.
«Да, черт возьми, без приглашения! Да, мать вашу, срочно нужно видеть вашего Босса! Поубиваю &*%#^$^ если не пропустите!..»
Излишне эмоциональную перепалку остановил Ромарио, вызванный кем-то из охранников. Скуало, нетерпеливо дожидаясь, когда его пропустят, впился в него пристальным взглядом: нет, консильери выглядел как всегда невозмутимым, только мышцы на почти всегда невозмутимом лице словно одеревеневшие. Все переживания этого верного соратника Коня явно скрывались глубоко внутри, но что-то подсказывало, что после этих событий седых волос на его голове станет больше, а морщины – глубже. Вероятно, что жизни Босса Каваллоне уже ничего не угрожало. Это немного успокоило, когда мечник (а задержать его сейчас могла бы, наверное, только вся итальянская артиллерия, и то недолго) помчался к поместью, кивая на замечание Ромарио, что «Босс устал и отдыхает». И всё равно он хотел увидеть его, убедиться, что с другом всё в порядке.
Врооой… Дино! –  Скуало влетел в указанную комнату и остановился, словно наткнулся на стену. Конечно, он понимал, что после ранения вряд ли кто может выглядеть как огурчик, но этот Дино так не был похож на себя обычного, что чем больше Супербиа смотрел, сузив глаза, в это бледное лицо, тем больше ему хотелось убивать. Всех и каждого, кто причинил его другу боль.

+3

4

На деле всё оказалось не настолько печально: Дино удалось не только полежать, но даже вздремнуть. Неважно, что недолго,  Каваллоне, на самом деле, даже на такой небольшой отдых не рассчитывал. Он не был пессимистом, просто слишком хорошо осознавал, что такое быть Доном. Многие вопросы без его непосредственного участия решить не получится, даже несмотря на наличие у Дино компетентного консильери. Ромарио наверняка сделал всё возможное для того, чтобы дать непосредственному начальнику хотя бы кратковременный перерыв,  и на том спасибо.
Пробуждение было резким: Каваллоне разбудили какие-то до боли знакомые вопли на улице. Не сразу узнав голос, Дино мысленно прикинул, кто сегодня находился на КПП и между кем из этих людей могли возникнуть конфликты. По всему выходило, что причин для ссор, тем более таких громких, ни у кого не было... но кто‐то же кричит? Возмущается, что-то доказывает; единственное, странно, что Дино слышит только один голос. В споре же должны участвовать как минимум двое?
Каваллоне медленно приподнялся, опустил ноги на пол, выдохнул, жалея, что хорошее обезболивающее ему не положено, точнее, он сам от него отказался. Бок ныл, но к болевому шоку это ранение привести уже не могло, а использовать на себе наркотические анальгетики не хотелось - окружающим сразу будет понятно, что Десятый не в лучшей форме, да и голова будет слишком плохо соображать. Идеального обезболивающего без побочных эффектов, увы, человечество ещё не создало. Что ж, не настолько у Дино был выражен болевой синдром, чтобы от этого он не мог сейчас подняться и разобраться с возникшим без видимой причины конфликте. Осталось встать и подойти к окну...
Ещё через минуту Каваллоне уже опирался рукой на стену около оконной рамы, второй рукой отодвинул занавеску, и только потом смог понять, кто же стал причиной нарушения всеобщего спокойствия в поместье. Правда, появления этого человека Дино сейчас никак не ждал.
Скуало. Конечно, как Каваллоне вообще мог не узнать такие характерные крики? С голосовыми связками у друга всегда было всё в порядке.
Друга... Ещё какие-то полгода назад Дино не называл бы Скуало «другом». Год назад предпочёл бы вообще не упоминать мечника в любого рода разговорах. Нет, Каваллоне даже в течение всех долгих лет ссоры не говорил о Скуало гадостей, не распространял неуместных слухов, собственно, он лишь умело делал вид, что с этим человеком его никогда ничего не связывало. Кто-то поверил столь убедительной игре, кто-то просто не решался вмешиваться — по безразличию Дино можно было сделать только два вывода: или он на самом деле никаких особенных отношений со Скуало не имел, или, напротив, имел, но на тот момент вся тема была ему неприятна. Окружение не знало, какой из вариантов приближен к правде, но на всякий случай предпочитало не вмешиваться в дела набирающей силы Семьи Каваллоне. Такие враги никому не были нужны.
Переосмыслив ситуацию, Дино в конечном итоге решил, что ссора была надуманной, глупой и не имела под собой никаких адекватных оснований. Нельзя сказать, что конфликт был создан на пустом месте, нет, повод был, но... глупый. Неразумный, а оттого ещё более обидный. Им бы тогда успокоиться, поговорить и прояснить всю ситуацию, но ни должной выдержкой, ни терпением ни один из них на тот момент похвастаться не мог. Не раз и не два Дино жалел о произнесённых тогда сгоряча словах, думал, как много возможностей упустил, не сумев объяснить свою точку зрения. Скуало тоже был хорош, но вины Каваллоне это не умаляет.
После примирения они лично не встречались, хотя и старались не терять связи. Дино планировал как-нибудь во время очередного телефонного разговора предложить другу вырваться ненадолго из рабочего графика, но пока у него самого не было возможности хоть на какое-то более-менее значимое время переложить дела Семьи пусть даже и на Ромарио. Судьба, однако, распорядилась иначе — у Каваллоне вынужденный отдых (если валяние в постели с раной в боку и чувством полной разбитости можно так назвать), а Скуало чуть ли не штурмом пытается взять поместье.
Дино повернул голову к вошедшему в комнату Ромарио.
- Скажи охране, чтобы пропустили.
Скуало иной раз было проще поддаться, чем объяснить, почему «нет». И пусть сейчас Каваллоне не чувствовал себя настолько хорошо, чтобы полноценно проводить время с другом, но хотя бы успокоить его он сможет.
Живой? Относительно здоровый? Угрозы летального исхода и/или инвалидизации нет? На текущий момент этого достаточно.
Ещё пару минут в коридоре было тихо: какое-то время потребовалось Ромарио, чтобы спуститься и отдать нужные распоряжения охране, да и Скуало перемещался не телепортом... А затем дверь резко распахнулась, являя хозяину поместья взъерошенного мечника.
- Скуало, - в тон другу, только гораздо тише, ответил Каваллоне, так и продолжая стоять у окна, лишь развернувшись ко входу лицом и оперевшись спиной о стену. - Не делай такое лицо, я в полном порядке.

+3

5

Скуало сколько себя помнил, постоянно влипал в неприятности, переделки, драки и сражения. По сотни, если не тысячи раз за год. Кто-кто, а он-то точно не вёл им подсчёты, но и не мог по-другому. Начиная с далёкого, полузабытого детства, которое теперь казалось какими-то цветными снами, когда причиной для мальчишеской потасовки на улице было обидное прозвище или замечание и заканчивая ежедневными перепалками в Варии и миссиями высочайшего класса. Для него вся жизнь была борьбой, непрекращающейся, с постоянно меняющейся, как уровни в компьютерных играх, сложностью. Но он сам это выбрал. Всё другое просто не его путь, не его дорога. Супербиа и не представлял, как это – жить спокойно, размеренно и без приключений. Кто-то может существовать на одной пресной овсянке долгие годы, ему ж нужна острота, полная горсть перца чили, пьянящее чувство адреналина. Даже в периоды, когда Варии прижимали хвост, и все мятежные офицеры оказывались в ситуации вынужденного бездействия, всё равно не прекращались тренировки, столкновение характеров и кулаков. В результате всего этого на теле мечника прибавлялось росчерков шрамов, возрастал его опыт и уверенность в себе, а нервы становились подобны канистре с бензином, который взрывался, стоило в него попасть любой, даже самой малой искре. Да, много воды утекло с тех пор и много чего произошло на дороги жизни мечника, которая оказалась извилистой, кровавой и опасной.
В то же время бывший смешной, с растрёпанными соломенными волосами Жеребёнок, вымахавший в высокого, породистого, но немного растяпистого Коня, как будто был за пределами всей этой системы. Супербиа знал, что тот терпеть не мог сражения. Видел, как тот, наблюдая за его тренировками с некой долей восхищения и уважения, в то же время очень даже неодобрительно фыркал, когда видел мечника с довольной ухмылкой возвращавшегося порядком потрёпанным после очередной заварушки или тот испуг и непонимание, которое загоралось в глазах друга, когда Скуало опять ввязывался в потасовку и становился её эпицентром. Неодобрение и непонимание – вот так Дино воспринимал все эти разборки. Он и был другим. Словно вся эта грязь, кровь, насилие и стычки не касались его.  Сущность этого человека отвергла всё это точно также, как лепестки лотоса отталкивали все, что могло испортить их белоснежную чистоту. Каваллоне, принимал Скуало таким, как тот есть: не читал нотации, не осуждал, не пытался перевоспитать, но вся его сущность явно была против силового решения проблем и уж тем более активного их поиска на пятую точку. В школе, когда буйный мечник порой появлялся среди ночи после очередного поединка и отыскивал кареглазого растяпу, способного запутаться в собственных ногах, прося «замотать посильнее» очередную рану, тот без лишних слов оказывал ему помощь. И потом, когда они выросли, именно Дино Каваллоне был тем, кто не изменил своего отношения к сражениям, при этом прослыв неплохим бойцом, способным постоять как за себя, так и за честь своего клана. Конечно, Супербиа и раньше слышал о нападениях на Каваллоне и их Босса, но… далеко не так нагло, не так дерзко и без таких серьёзных последствий для здоровья Дино. Игра перешла ли на другой уровень или удача отвернулась от Коня? Кто знает, но от этого не легче.
Выглядел Конь не лучшим образом: даже волосы, которые всегда были задорно растрепаны, сейчас как-то поникли. Лицо казалось неестественно бледным, осунувшимся, под глазами залегли тени. Скуало не знал, какое оружие использовали против Дино и куда именно тот был ранен, но тому явно пришлось не сладко. Он понимал, насколько глупым выглядит его появление в поместье Каваллоне, продиктованное нахлынувшими эмоциями и страхами. Чем он может помочь? Как может поддержать? В лечении Скуало точно не был специалистом. Мог оказать первую помощь, особенно в критических условиях, перебинтовать рану и всё. Это Лусс разводил обычно целую церемонию лечения, сопровождаемую причитаниями, охами, вздохами, хороводами вокруг пострадавшего, потом загонял на процедуры чуть ли не шантажом, с маниакальной точностью и щепетильностью. Сам же Супербиа в такие моменты ограничивался только комментариями в адрес «провинившегося» типа: «Врооой! Хааре валяться!! Совсем обленились, отродья собачья! Лишь бы ничего не делать!» или пинками. Вот только в данном случае ни один этот метод точно не мог помочь. 
«В порядке он… как же…»
Скуало выдохнул, вновь втянул воздух в лёгкие. Он редко называл Дино по имени. Наверное, по пальцам одной руки можно пересчитать те моменты, когда он так к нему обращался. Это Каваллоне всегда, даже когда они были в ссоре, произносил его имя. Благодаря интонациям его отношение были понятно и просто, как на ладони. Так равнодушие сменилось откровенным недовольством во время Конфликта Колец. Именно тогда его имя, срывавшееся с губ Дино, звучало резко и жёстко, как щелчок кнута, словно тот хотел одёрнуть его и поставить на место, как хищника, который спрыгнул с тумбы во время циркового приставления. А после, в больнице – требовательно, с нотками беспокойства. Скуало же привык больше обходиться прозвищем, которое Дино шло как никому другому.  Бешенный мустанг… Пусть сейчас потрёпан жизнью и замучен тяжелой ношей.
Скуало вышел из оцепенения, резкие шаги сменились более спокойными. Он подошёл ближе, сокращая расстояние между ними. Хотелось прикоснуться к нему, убедиться, что это действительно Дино, а не какое-то привидение, просочившееся через окно.
Врой! В порядке он… – протянул Супербиа недовольно, но тоже сбавил громкость, не желая глушить друга, как рыбу в озере, потом подошёл к нему. Он хотел потянуться рукой к волосам, чтобы потрепать короткие пряди, но вовремя вспомнил про грубую перчатку, в которых карабкался по скалам, а также то, что принёс с собой холод и влажность февраля как в потяжелевших длинных волосах, так и в поблескивающей варийской униформе: – Ты почему не отдыхаешь?! Только не говори, что тебе прописали стоять у окна!

+3

6

Многим нравится думать, что противоположности имеют свойство притягиваться. Дино к этому высказыванию относился скептически, отмечая про себя, что оно работает только в случае столкновения садиста и мазохиста, вот здесь да, притяжение стопроцентное. Каваллоне считал, что если люди способны находиться длительно время вместе, значит, у них есть что-то общее, и необязательно их сходство лежит на поверхности.
Взять хотя бы старую дружбу со Скуало: на первый взгляд, их двоих никогда ничего не связывало. Где Супербиа решал вопросы силовыми методами, Каваллоне признавал только дипломатию. Если Скуало предпочитал орать так, чтобы его было слышно в другом конце города, то Дино крайне редко повышал голос. Мечник в жизни больше всего ценил своё искусство и гордился званием Второго Императора, Каваллоне ставил во главе угла Семью и мало времени уделял развитию боевых навыков. Последнее оба друга делали нарочито-показушно: Дино знал, сколько сил потратил Скуало на занятия с Белом, как искренне переживал за каждого офицера, хотя и выражал это в своеобразной манере. Супербиа, в свою очередь, догадывался об истинном уровне сил старого друга, и знал, что такие способности ему достались не от природы. Едва ли мечник забыл, как Дино в школе путался в своём оружии, неуклюже двигался и постоянно спотыкался. Как опытный офицер, Скуало должен понимать, сколько надо над собой работать, чтобы из того растрёпанного ребёнка вырасти в человека, способного встать в один ряд с лучшими бойцами современности.
У них двоих было куда больше общего, чем могло показаться не знакомому с ними человеку. Они умели добиваться своих целей. Не терпели лжи. Жёстко относились к предателям. И никогда не умели оставаться равнодушными к проблемам близких людей: как давно Скуало узнал о ранении Дино? Каваллоне не знал точно, но ему казалось, что не более пары часов - и вот Супербиа уже в поместье, которое наверняка и сейчас вызывает у него смешанные чувства. Приехал, прервав тренировку или оторвавшись от любой другой работы, хотя знал, что если где-то Дино и окажут лучшую помощь, то именно в семейной резиденции, незаконная деятельность Семьи обязывает иметь лучших специалистов, оборудование и медикаменты. Не позвонил, а явился лично... "Волновался". И теперь даже не пытался этого скрыть.
Скуало действительно сейчас ничем не мог помочь, но и его присутствия было достаточно. Если вспомнить, то всего несколько месяцев назад, когда люди Каваллоне вытащили мечника из пасти акулы, Дино бесчисленное количество часов просидел у постели варийца, ожидая, пока тот придёт в себя. Тогда он сказал, что ему нужна была информация о планах Занзаса - бред, правда же? Хотел бы добиться чего-то от гордого, упрямого, но верного Боссу Скуало, вопросы задавал бы совсем другим тоном. Да и одними ими точно бы не ограничился.
Супербиа сделал несколько шагов, приблизившись к другу, как-то странно дёрнул рукой, словно хотел прикоснуться, но в последний момент передумал, а затем задал первый вопрос.
- Что? Нет, конечно, - Дино хотел махнуть рукой в ответ на это предположение Скуало, но сил в себе и на такое простое движение на нашёл. На секунду прикрыл глаза, покачал головой, возвращая чуть ли не начавшее гаснуть сознание, затем снова посмотрел на друга. - Сейчас всё уже в порядке. Значимая кровопотеря была самой большой проблемой, повезло, селезёнку пуля задела, но удалять её не пришлось.
И хирурги именно это посчитали чудом - задев капсулу, пуля значимо органы не повредила, так что главной задачей стала именно остановка кровотечения и последующее решение о проведении переливания. От которого Дино, придя в себя, отказался, посчитав, что пограничные для гемотрансфузии показатели не являются показанием для вливания в себя донорской крови. Организм у Каваллоне ещё молодой, здоровый, надо дать ему шанс восстановиться самостоятельно.
- Встал посмотреть, кто кричит на весь двор, - Дино слабо усмехнулся. Уши на тот момент словно заложило, вот как можно было Скуало не узнать?
Казалось бы, логично, что раз Каваллоне уже посмотрел на улицу, убедился, что пускать незванного гостя можно, и даже отдал соответствующие распоряжения, то можно вернуться к постель? Но вот у окна Дино застрял. Кровать стояла всего в паре метров, но что-то подсказывало, что ровно преодолеть их не получится, а окончательно убеждать Скуало в своей слабости как-то не хотелось. Дело даже не в гордости или недоверии, причина крылась в другом.
Сколько Каваллоне помнил мечника, тот никогда не выглядел слабым. Даже когда в школе после очередного спарринга Скуало приходил к Дино с просьбой "замотать эту хрень чем-нибудь". Можно сказать, именно на мечнике Каваллоне когда-то начал тренироваться оказывать медицинскую помощь - первый пациент. Разбитым и обессиленным Дино видел Скуало только однажды, после сражения Дождей.
Перед такими людьми показывать собственную слабость как-то неудобно. Чуть ли не стыдно. Хотя умом Дино понимал, что едва ли Скуало будет над этим смеяться.
Выдохнув, Дино оторвался от стены, сделал шаг в сторону кровати, и тут же пошатнулся, удержавшись на ногах только благодаря плечу Скуало, в которое вцепился ладонью.
- Прости, - тише проговорил Каваллоне, проводя свободной рукой по векам, отгоняя от себя новую волну помутнения сознания.

+3

7

Слова порой опережают мысли, которым, казалось бы, должна быть присуща запредельная скорость. В бою, когда жизнь и смерть балансируют на тонкой грани, Скуало схватывал всё за доли секунды, просекал ситуацию, умел видеть малейшие движения, а сейчас вот, в разговоре с другом упускал не только самые важные мелочи, но и огромного слона, притаившегося в углу комнаты, которого даже никто не пытался задрапировать тканями или каким-то хламом. Пусть Супербиа понемногу затихал и успокаивался, остывая после психованной дороги, где он был предоставлен на растерзание собственным мыслям, короткой, но нервной перепалки во дворе, но всё равно ещё действовал на эмоциях, не обдумывая ни действия, ни слова. Он по-прежнему смотрел на Дино таким взглядом, словно с последней встречи прошло сотни лет, словно того вдруг могли подменить на какое-то механическое чудо или инопланетянина.
Мечник с мрачным видом отметил, что Каваллоне выглядит очень заторможенным и усталым. Слыша его слова и смотря на него, Скуало пытался представить, как это всё произошло… Нет, он не станет спрашивать Дино о таком, не станет заставлять ещё раз проживать эту смертельную игру, где счёт шёл на секунды, а ставка была так высока. И в тоже время… Как киллер, участвовавший в сотнях миссий, в том числе и по устранению глав различных организаций и объединений, он не мог не думать об этом.  Как они действовали? Сколько их было? Где нашли слабину в охране Каваллоне? Перегородили путь машине? Перехватили прогуливающегося Босса с минимумом людей на улице? Сделали засаду в помещении? Заманили в ловушку? О том, где именно было нападение, Супербиа не знал, но точно знал одно: кем бы ни были те ублюдки, решившие напасть на Каваллоне, они явно не собирались его запугивать. Только устранить. И целились в жизненно важные точки: сердце, голову. Попали в селезёнку. Что ж, или они не были профессионалами, что сомнительно, или ж рефлексы Мустанга сработали прекрасно! Второе было куда более реалистичным, иначе бы они сейчас не разговаривали. Семья Каваллоне в мафии, упорно забиравшаяся вверх по ступеням власти, привлекала взгляды завистников и оказывалась под прицелами сотен оружий, но успешно справлялась со всеми вызовами и нападками. Скуало понимал, что те, кто решились на подобный шаг, должны были хорошо спланировать операцию. Вырваться из такой ловушки, выжить в заварушке может только настоящий боец. Молодец Мустанг! Пусть этот самый молодец был похож сейчас на привидение, бледную копию самого себя – но всё ж выкрутился, не сплоховал, выжил, а остальное ерунда! Вот только беспокойства и страха от этого не убавлялось – слишком мало в жизни Супербиа было людей, к которым он был по-настоящему привязан, слишком мало он мог сделать для того, чтобы защитить их. Липкое чувство собственной бесполезности и никчемности вновь затопило душу. Слова Дино были слабым утешением.
В человеческой анатомии Скуало разбирался довольно неплохо – знал, в какие точки и с какой силой надо атаковать, знал, как устранить противника за считанные секунды или заставить его играть по собственным правилам, чтобы тот показал всё, на что способен, раззадоривая уколами и порезами, но не нанося серьёзных повреждений. Селезёнка – это хреново, но не самый жизненно важный орган, с печенкой было бы куда больше проблем. Большая кровопотеря – ещё хлеще, но раз Дино на своих ногах, то и самые большие трудности уже позади. Так что, можно успокоиться, выдохнуть и больше не переживать? Едва ли. Всё равно сложно… Принять этот факт, убедить себя, что всё в порядке. В таком состоянии Дино нужно отлеживаться и отсыпаться, ожидая, когда организм восстановит силы. Но… Дадут ему. Ага. Как же. У Босса такой Семьи, как Каваллоне, всегда найдется как куча  проблем, требующих решения, так и таких вот посетителей, как некоторые сумасбродные мечники…
О том, что причина не-отдыха Каваллоне как раз в нём самом, Скуало даже не подумал. По другому он просто не мог бы действовать в этой ситуации, не мог приехать через пару дней и тихо мирно дожидаться, когда его примут… Наверное, со стороны его поступок  выглядел ещё глупее, чем он себя чувствовал сейчас, но осуждения в глазах Дино не было. Тот даже пытался улыбнуться, но вышло как-то не очень весело: уголки губ лишь дернулись вверх, исказив их линию. Он словно раздумывал над чем-то важным и был погружен в себя. Скуало знал такое состояние – не фига ничего хорошего.  Оно было подобно попытке выцарапаться без каких-либо приспособлений и поддержки по краю отвесной скалы, наверх, к сознанию, а бессознание тем временем настойчиво тянуло вниз за ноги, в ватное небытие. Тело становилось похоже на машину, у которой разбарахлилось управление: пытаешься повернуть налево, а та останавливается, включаешь дворники, а она врубает подушку безопасности. Надо смываться как можно быстрее, не беспокоя Дино еще больше!
–  Врооой… Я… –  слова извинения не шли на язык. Супербиа давно разучился извиняться, наверное, школьного возраста. И если кто и заслуживал извинений, то это Дино. Недавно вот пришлось, а теперь хотелось опять провалиться и не показываться на глаза другу. Какого фига, спрашивается, припёрся? Заняться было больше нечем? Лучше бы попытался найти заказчика – и то бы было полезнее!
Побледнев ещё сильнее, Мустанг сделал шаг вперёд, как пловец, который собрался нырнуть в холодную воду, и его качнуло. Не от растяпости и неуклюжести, а от слабости и тяжести собственного тела, которое стало совсем непослушным. Супербиа же, почувствовав хватку «утопающего» на своём плече, немного растерялся. Инстинктивно хотелось схватить того за пояс и прижать к себе, удерживая в вертикальном положении, но за те секунды раздумий он вспомнил о ране Дино, поэтому обхватил его за плечи, прижимая к себе и сжимая живой рукой покрепче, давая понять, что держит, что справится.
Врооой… Мустанг! Дурень! – выкрикнул Скуало. Тем самым он хотел сказать, что нашёл из-за чего извиняться, что нефиг тут «геройствовать», а потом тише: – Только… я ж весь мокрый и холодный!
Не прижимать его к своей униформе не получалось. Хотелось побыстрее оттащить Дино к кровати, убедиться, что он в порядке, придавить одеялом и смыться, чтобы не показываться на глаза в ближайший год. Вот только он понимал прекрасно, что такая транспортировка мало того, что будет проблемной для него самого – бывший Жеребёнок вымахал выше его и был совсем не лёгким – так ещё и ему может стать хуже от слишком резких движений. Пусть Мустанг сам решит, в порядке ли он, сможет ли сделать сейчас шаг, если да – то какой. Со стороны Скуало поддержка – малейшая помощь, которую он может оказать. Задавать такие глупые вопросы, как «сам можешь идти?» или «ты себя хорошо чувствуешь?» нет смысла, только ждать и крепко держать.

+3

8

Никаких особо тяжёлых переживаний, связанных с этим покушением, у Дино не было. Всё произошло слишком быстро, Каваллоне в момент нападения не успел ни осознать происходящее, ни испугаться, действовал на одних рефлексах. Понял, что его людям угрожают, вовремя достал оружие, а затем действовал неосознанно, ставя своей целью только самозащиту и безопасность сопровождавших его людей. Подробностей покушения он не помнит, и, честно говоря, не очень в них нуждается - заказчик скоро будет найден, исполнители мертвы, их цели вполне понятны. Первым двигала зависть, вторыми - желание заработать. Ситуация не уникальна, скорее, даже привычна, и от этого, если задуматься, становится жутко.
Десять лет назад Дино не относился к смерти настолько... легко. Не считал покушения чем-то нормальным. Не думал, что в любой момент на него могут совершить нападение. Не был ко всем таким ситуациям готов. До начала обучения в школе для детей мафиози, хрупкую детскую психику Дино словно берегли: с одной стороны, не делали тайны из незаконной деятельности Семьи, с другой, не посвящали мальчика во все тёмные подробности мафиозной жизни. Бывало, Каваллоне краем глаза успевал заметить отца с советниками за столом в зале собраний, серьёзных, хмурых, после чего дверь закрывалась и происходящее в комнате становилось скрытым от случайных слушателей, пускай им был и потенциальный Десятый; мальчик видел оружие в руках людей из клана; слышал редкие подробности "неудачно" проходивших миссий. Только всё это в единую страшную картину не складывалось: у маленького Дино не получалось сопоставить факты и сделать правильные выводы.
А сейчас он понимает, насколько опасную жизнь ведёт. Времена меняются, и если раньше ему больше угрожали словесно, то теперь, поняв, что Каваллоне так просто не подвинется, перешли от слов к действиям. Можно сказать, Дино повезло - при всей своей неуклюжести и полной зависимости от присутствия рядом кого-то из подчинённых, вчерашнее покушение стало его первым серьёзным ранением в жизни. Неплохо, правда? Ему двадцать два, последние восемь лет он официально занимает место Дона, и лишь сейчас оказался в опасности. Можно посмотреть на ситуацию с другой, менее оптимистичной стороны: он всего три года в Альянсе, и только недавно занял в нём значимое место, а некоторые уже стали строить серьёзные стратегии, чтобы устранить Каваллоне. Тренируй его Реборн чуть менее усердно, и Дино мог бы не уклониться...
Что ж, история не терпит сослагательного наклонения. Малыш не зря столько мучил ученика, Каваллоне не напрасно потратил бесчисленное количество часов на тренировки и отработку боевых навыков, в конечном итоге, всё это вкупе и спасло ему жизнь. Осталось немного отдохнуть, и период выздоровления можно будет считать завершённым.
А пока даже сохранять ровное вертикальное положение - уже сродню подвигу. Если минуту назад Дино казалось, что у него хватит сил на несколько шагов, то на деле выяснилось, что общее тяжёлое состояние  не позволило выстоять без опоры даже нескольких секунд. Благо, замену стене Каваллоне нашёл быстро, ухватившись за плечо Скуало, и только благодаря поддержке друга не рухнув на пол. Зря Супербиа корил себя за скорый приезд: Дино, во-первых, был рад чужому участию, во-вторых, не из-за мечника, так ещё по какой-то другой причине всё равно вылез бы из кровати.
Каваллоне, при всей своей природной лени, разучился  бездельничать. Не умел просто лежать в кровати, как бы "восстанавливая силы". Хотя иногда очень хотелось. Правда, даже при появлении у себя такого желания, Дино всё равно практически никогда не позволял себе праздно валяться в кровати: или находил себе полезное занятие, или искал варианты, как более активно провести свободное время. Последнего, откровенно говоря, у него было не так много, так что подобными мыслями мозг Каваллоне озадачивался не часто.
- Не чувствую, - Дино покачал головой, утыкаясь лбом в плечо Скуало.
Умом Каваллоне понимал, что раз на улице пошёл дождь, поначалу едва слышный, но усиливавшийся с каждой минутой, то форма Супербиа мокрая и холодная, как друг и предупреждал. А кожей почему-то этого не чувствовал, Дино и до своей попытки дойти до кровати ощущал непонятный озноб, от прикосновения Скуало принципиально ничего не поменялось.
- Надорвёшься, - до Каваллоне внезапно дошло, что Скуало наверняка тяжело держать его на весу. Особенно учитывая, как бережно пытался это делать Супербиа: мягко удерживал за плечи, явно опасаясь задеть рану в боку и тем самым ухудшить состояние Дино. Каваллоне вздохнул - и дальше висеть грузом на Скуало было как-то... непорядочно. - Можно тебя попросить сгрузить меня куда-нибудь? По-моему, я свои силы переоценил.
Неудобно, конечно, получилось - друг вроде зашёл всего лишь воочию удостовериться, что Дино жив и его выздоровлению больше ничего не препятствует, в итоге на нём повисли, в прямом смысле. Наверное, потом Каваллоне даже будет немного стыдно за такую слабость, но сейчас его больше волновало другое.

+3

9

Скуало удивленно приподнял брови, услышав ответ друга – как это можно, прижимаясь к его униформе, не чувствовать холод и противной влажности? Что это за состояние? Какого хрена?! Мечник знал, что обычно, когда начиналось воспаление, и подскакивала температура, прикосновение к прохладным вещам было даже приятным и освежающим. Что за бесчувственность? Или же его морозит так сильно, что по сравнению с этим подмокшая форменная куртка – полная ерунда? В порядке он… Как же! Но знаний у Скуало просто не было, а вот поводов для волнения – масса… Как бы друг теперь не пытался убедить его, что с ним всё нормально, но все эти казалось бы незначительные мелочи: немного затуманенный взгляд, бледность, переходящая в синеву, неспособность пройти несколько шагов, заставляли переживать ещё больше. Когда Дино прижался лбом к его плечу, Супербиа посмотрел на него удивленно и замер, удерживая его покрепче.
«Дурень, вот же дурень!»
Врооой… – протянул он, не зная, что ещё сказать.
Почему-то в голове яркой вспышкой возник первый день их знакомства… точнее, общения. Так-то мечник сразу запомнил, среди всех остальных, соломенноволосого растяпу, который на первой же перемене так обрадовался перерыву, что споткнулся о ножку стола и растянулся на полу под шутки и смех одноклассников. Не заметь такое чудо! Как же. Дело ли было в светлых волосах, этом запоминающемся моменте, или в том, что мальчишке здесь было не место точно также, как и ему самому? Трудно сейчас сказать. После этого первого дня Скуало,  сидящий на галерке у окна, порой обращал внимание на то, как Каваллоне рассеянно или растерянно взъерошивал свои волосы. А тогда, в машине, когда Дино наконец-то вырвался из этой удушающей атмосферы школы, которая давила на него и лишала возможности свободно дышать, он расслабился, задремал и вот так же, как сейчас доверчиво прижался лбом к плечу. Конечно, он не искал защиты или поддержки, просто, видимо, так было удобнее и спокойнее ехать.  Но для самого Супербиа, отбившегося от дома и забывшего, что такое нормальное общение, овеянного тёмной славой, защищавшей не хуже какого-то кокона от всяких попыток завязать общение, это стало неким откровением, особым моментом. Мечник сам себе в этом не признавался, но после этого случая уже не мог относиться к Жеребёнку как к чужому, выдав своеобразный пропуск в личную зону и доверяя ему. И вот опять – как это у Дино получается? Еще секунду назад мечник был готов, костеря себя последними словами, сбежать из поместья, чтобы не попадаться на глаза Каваллоне минимум лет пять, а теперь понял, что уже не сможет так сделать…Что нужен. Вот как его такого бросишь? Злость на себя и досада испарились почти также, как и появились. Ему хотелось растрепать другу волосы, усмехнуться и фыркнуть, но вместо этого лишь покрепче прижал его к себе.
Врой! Нашел из-за кого переживать! Я не какой-то там хлюпик!!– побурчал он больше для вида. Конечно, отчитываться перед Дино, что уже способен выдерживать довольно большие физические нагрузки и тренировки по нескольку часов в интенсивном режиме – он не собирался, но чувствовал себя гораздо лучше, чем в тот день, когда приехал мириться с ним. Да, нога еще болела и давала о себе знать, но терпимо. Конечно, Каваллоне был выше его – Скуало так и не смог догнать его по росту.  После путешествия, помнится, разница была довольно ощутимой, Супербиа никак не мог привыкнуть, что надо смотреть на друга немного вверх, а потом они примерно сравнялись… Но расклад был не в пользу мечника. Правда, помогать – не то же самое, что тащить безвольную тушку.
Всего лишь обопрись на меня! Доставлю тебя в целости и сохранности! – бодро поспешил заверить Скуало, помогая другу делать шаги в сторону кровати. Варии иногда доводилось перевозить ценные грузы. Дино был куда ценнее, да и расстояние тут – раз плюнуть. Всего-то несколько метров. Сколько не из-за тяжести друга, а из-за боязни резким движением нанести ему ещё больший вред или уронить, Супербиа осторожничал, старался брать максимально тяжесть его тела на себя… после нескольких шагов, показавшихся вечностью, Скуало сгрузил друга  на кровать, помог укрыться одеялом и присел на край, смотря на него хмуро. Не нравилось ему такое состояние Дино. Совсем не нравилось.
Врой… Мустанг! Тебе отдохнуть нужно как следует…
Да, простое  и одновременно такое сложное требование. Сам Скуало не умел особо расслабляться и заниматься ничегонеделанием, словно бы мог взорваться от долгого нахождения на одном месте. Для него тренировки и сражения были тем отдыхом, после которого он всегда чувствовал эйфорию и пьянящее чувство свободы. Просто так лежать где-то в песке на пляже или в шезлонге, балдея и потягивая коктейли, или же развалившись в кресле, не для него. Он предпочитал карабкаться по скалам, нырять в воду с большой высоты, прыгать с дерево на дерево… Отлеживаться приходилось только тогда, когда руки-ноги нихрена не работали. Башка чаще всего тоже. Приятного мало в таком «отдыхе». Чтоб его. Скуало казалось, что он уже и так належался на всю оставшуюся жизнь в том странном, похожем на мутное болото, прошлом. Да и Дино вряд ли бы смог пробиться так высоко, если бы покачивался в гамаке… Не для них отдых, точно не для них. Так что единственный выход в их случае – привязать или заковать в наручники… От этой мысли Скуало усмехнулся, но потом стал серьезным: – Может, кого позвать?

+3

10

Реборн много сил потратил на то, чтобы вбить в Каваллоне одну простую истину - раз ты Дон, значит, ты должен быть готов ко всему. Нужно уметь предугадывать, быть в постоянном тонусе; круг доверия сильно ограничить, и понимать, что даже казалось бы самые верные люди могут предать. Наверное, его до сих пор трясёт от того, как Дино ведёт свои дела. А заодно удивляется, почему вся систему продолжает работать и ни одно покушение не закончилось для Каваллоне плачевно.
Аркобалено судил о внутрисемейных отношениях со своей колокольни: Реборн официально не принадлежал ни к одному из кланов, единственный коллектив, с которым ему пришлось длительное время контактировать, были представители Радуги. С ними, пожалуй, выбранная модель поведения бывшего тренера Дино вполне себя оправдывала. Аркобалено не были друзьями. Их даже с натяжкой можно было назвать союзниками. Понятно, что им опасно было расслабляться в присутствии друг друга, они редко оказывали поддержку и едва ли делали что-то бескорыстно. Были, конечно, исключения, случаи, когда на малышей снисходило озарение и они помогали друг другу безвозмездно, но на общем фоне такие просветления терялись.
Дино считал, что репетитора снедает паранойя. В своих подчинённых он сомневаться не мог, Каваллоне хорошо помнил, почему он занимает место Дона, кто сделал его главой Семьи и кто до сих пор продолжает поддерживать его в этом статусе. Оскорблять этих людей недоверием? Ну уж нет.
Скуало, правда, частью Семьи никогда не был - если брать именно мафиозную структуру. А если отбросить официальщину, то выходит, что Супербиа давно вошёл в категорию близких людей, наверное, с самого первого дня личного знакомства с Дино, когда очередная драка в коридорах школы внезапно дала начало крепкой дружбе.
Как давно всё это было.
- Конечно, нет, - Дино вцепился рукой в плечо Скуало, обретая тем самым опору. Супербиа никогда не был слабым, а долгие упорные тренировки развили в нём и силу, и выносливость. Удержать друга он, конечно, мог, просто Каваллоне на данный момент не видел в этом практической пользы. И самому Дино будет лучше, если он перестанет удерживать вертикальное положение, и Скуало лишний раз не станет напрягаться. Мечник, в конце концов, и сам сейчас не в лучшей форме, чтобы демонстрировать способности тренированного организма, удерживая на себе вес более тяжелого и высокого Каваллоне.
Сделать надо было всего несколько шагов, но они показались Дино едва ли не самыми длинными в жизни. Давно он не чувствовал такой слабости во всем организме после медленного преодоления каких-то пары метров. Собственное бессилие раздражало: последний раз таким никчёмным Дино ощущал себя ещё в школе.
- Спасибо.
Каваллоне полусидя устроился на кровати, сморщившись от резкой внезапной вспышки боли в левом боку. Врач строго запретил любые физические напряжения, наказал беречь рану, и не тревожить её понапрасну - пожалуй, узнай он о сегодняшних перемещениях Дона, опять бы угрожал седацией и фиксацией чересчур активного пациента к кровати.
- Тебе бы тоже не напрягаться, но я думаю, не ошибусь, если скажу, что ты сорвался сюда с тренировки?
Дино насмешливо посмотрел на друга. Они оба занимали высокие посты, а это частенько обязывает пренебречь отдыхом и продолжить работу, отставив мысли о заботе о собственном здоровье в сторону. Как Каваллоне после ранения  явился на собрание Альянса, так и Супербиа в любом состоянии не мог бросить дела отряда на самотёк.
- Не надо никого звать, - Каваллоне покачал головой.
Неважно, как Дино в данный момент выглядел, - а выглядел он определённо не очень - чувствовал он себя не слишком плохо. Сказывались отголоски проведённой недавно операции и последующего напряжения, но ничего критичного. И нет, Каваллоне не врал: с ним действительно всё в порядке. Будь это не так, он не стал бы отказываться от помощи квалифицированных специалистов, последнее, в чём Семья сейчас нуждалась, это недееспособный Дон. Как, впрочем, и всегда.
Многим кланам свойственна глубокая зависимость от руководителя: убери босса, вся структура рухнет, не выдержав давления извне, да и внутренних распрей тоже. Не всегда помогает наличие наследника - Дино когда-то повезло, что его поддержали люди отца, многим везло гораздо меньше. Каваллоне довольно долго изучал историю мафии, и прекрасно знал, сколько Семей развалилось именно из-за делёжки власти.
Забавно, правда? Каваллоне раньше этот титул даром был не нужен, а кто-то был готов умереть ради самой возможности получения власти.
И всё же на какое-то время Дино оказался выведен из строя: те несколько шагов, что он не смог самостоятельно пройти от окна до кровати, ясно дали понять, что Каваллоне пока ещё нуждается в отдыхе. Можно было бы начать работать вопреки всему, но Ханеума был адекватным человеком и при всей своей нечеловеческой работоспособности умел понимать, когда стоит сделать паузу. Как, например, сейчас: от него будет гораздо больше толку после того, как он поправится и сможет нормально соображать, нежели он заставит себя встать прямо сейчас и начать бессмысленную борьбу с собственной слабостью.
Что поделать: Дино привык быть в курсе любой мелочи, касающейся Семьи. В Варии, к примеру, подход к решению проблем был другой; Занзас представлял собой последнюю инстанцию, которая вступала в игру в крайнем случае. Эдакая козырная карта, которую не использовали без причины. У Каваллоне всё происходило в точности да наоборот: во всех мало-мальски значимых заварушках Дино участвовал сам. Не успевал быть везде и сразу, это понятно, но старался всё делать самостоятельно. У Каваллоне Дон был первой инстанцией, которой просто нужна поддержка.
Дино доверял своим людям. Был благодарен за всё, что они для него делали. И защищал их, как умел - а умел он пахать как... конь. Фамилия действительно оказалась говорящей.
- Раз ты так быстро приехал, по слухам я чуть ли не при смерти?

+3

11

Сердце нехорошо сжималось при виде слишком бледного, слишком замученного лица Каваллоне, его мутных глаз, теней под глазами. По сравнению с тем Дино, который встретил Скуало у окна, вот этот, устроившийся, поморщившись, на кровати, выглядел какой-то десятой копией с ксерокопии, призрачным отпечатком, с лица которого совершенно ушли все краски. Мустанг выглядел рассеянным, но Супербиа понимал, что под этими вот растрепанными, соломенными волосами всё равно кипит котёл раздумий… Конечно же, понять ход мыслей Дино Скуало бы не смог никогда, даже пообещай кто ему за это миллион евро. Друг храбрился, проявлял излишнюю заботу о нем, пытался показать, что у него все «ок» и вообще не стоит ни о чем переживать. Супербиа прекрасно понимал такую манеру поведения. Потому что мужчина. Потому что Босс. Потому что нужно быть сильным. В Варии так вообще было нормой показушное наплевательство к своим ранениям, но почему же с ним Мустанг себя так ведет? Не считает «своим»? Или же просто ему хочется закрыться от всех, остаться наедине с самим собой и побыстрее это пережить? Вот пойми его. После того, как они помирились, отношения всё равно еще не были лишены некой шаткости и непонимания. Но при всем при этом не было похоже, что его собственное присутствие тут мешает. Мечник бы ни капли не обиделся, если бы Дино сказал честно и прямо, как делал это всегда: я устал и хочу отдохнуть. Что Скуало всегда нравилось в поместье у Каваллоне – так это то, что при статусе гостя с ним не носились постоянно, не пытались развлекать и сделать максимально насыщенным досуг. Да, они с мелким Жеребёнком отдыхали часто вместе, но при этом каждый мог спокойно заниматься своими делами: читать, общаться с животными, махаться мечом… Или же вообще уйти в свою комнату и быть там. Но чаще всё-таки они были где-то рядом. Чудесное было время.
Врой! Нашел за что благодарить! – возмутился Супербиа. Ему хотелось похлопать друга  по плечу или потормошить, но по себе знал, что лучше в таком состоянии не трогать. – Мустанг! Хватит за всех переживать, в порядке я!  – в очередной раз заявил он с небольшим нажимом, а потом округлил глаза. Он точно был уверен, что ничего не говорил про тренировку. Его униформа тоже не была показателем: да, мокрая, ну так на улице дождь, но не порванная, без следов грязи, перчатки он носил постоянно, порохом от него не должно вонять: он не брал огнестрельное оружие в руки, отвечая за координацию отряда. Может, был слишком довольным? Но состояние пьянящей свободы, возвращающейся силы и ощущение собственного тела – послушного, понятного, знакомого, без сюрпризов, конечно же, радовало безмерно. Так где он спалился? Скуало знал, что  Дино умел подмечать многое. Шерлок чертов. Может еще и выдаст в каком месте, с кем и как долго! Но отнекиваться он не видел смысла.
–  Да. Как ты понял это?
Мечник усмехнулся в ответ на его насмешливый взгляд, а потом кивнул, давая понять, что услышал. Не нужна помощь, так не нужна. Настаивать не будет. Его выбор. Он сглотнул какой-то липкий, противный комок в горле, нахмурился и ещё раз осмотрел Каваллоне: оставалось надеяться только на его благоразумие Дино и то, что тот может правильно рассчитать свои силы.  От него самого толку вот только что доставил и сгрузил, даже помочь устроиться и то не может. Но одно Супербиа знал точно: если Каваллоне и дальше попробует извиняться – он его точно покусает.
Услышав его следующий вопрос, Скуало удивленно приподнял брови – оказывается, вот что озадачивает его в этот момент! Ну какого чёрта! Да, он понимал ответственность и так далее, но плевать сейчас на слухи! Пусть он и прекрасно понимал, что  в их обществе информация является важным ресурсом, который продается и покупается, и всегда можно использовать как во зло, так и во благо. Кто владеет самыми свежими или редкими данными – тот и на коне. Каваллоне ли это не знать. Супербиа до конца не понимал весь механизм этого странной машины, колосса, молоха, способного перемолоть под своим колесами судьбы сотни людей, но то, насколько эта система безжалостна – прекрасно знал по себе.
Врой! Мустанг! Ты можешь хотя бы сейчас забыть обо всем и просто расслабиться? – сам, он, конечно, себе такого не позволял. За исключением случая, когда здоровье совсем уж шалило. За всю его историю жизни их было уже три – после аварии, после мятежа и после Конфликта колец… Дино тоже имел полное право на то, чтобы в таких обстоятельствах отдохнуть. Он посмотрел на него серьезно. Неприятно было в этом сознаваться, но да, влип он в это болото по полной. Пожалуй, они оба знали, только до этого момента не затрагивали эту тему.  – Ты же не думаешь, что я за эти годы не обзавелся надежными информаторами? Это не слухи,  а факты. Мне сообщили только о нападении на тебя. Дальше этого источника сведения не пойдут. Я уверен.
Кто-то должен ему. Кому-то он. Всё так просто. Система на этом и повязана. И звонивший, Джузеппе слишком много ему должен, поэтому всегда старательно выполняет условие договора, давая те сведения, что ему могут пригодиться в этот момент или же могут представлять определенный интерес. Как он пронюхал, Скуало не знал, да и его никогда не интересовала эта цепочка распространения данных. А Альянс? Вонгола? Круги по воде уже пошли. В любом случае. Но в каком направлении и с какой скоростью – сказать трудно. Супербиа усмехнулся. Поверить было трудно, что он  вляпается в это дерьмо по самые уши, о котором раньше только слушал рассказы Дино, как о каких-то людях с другой планеты или континента: вот как у вас живут, надо же, странно как! Словно дверь в поместье, окруженное высокими стенами, была порталом в другой мир, а Скуало всего лишь странником и наблюдателем.  Усмешка стала шире и злее.
Да, Мустанг, я уже слишком давно в мафии, чтобы делать вид, что к ней не принадлежу. 

+2

12

Нельзя сказать, что Дино так уж сильно хотел закрыться от Скуало и хотя бы постараться утаить от него плачевность своего состояния: мечник и сам не раз был одной ногой в могиле, и знал, как себя при этом чувствуют. Каваллоне видел друга и в худших состояниях, особенно если вспомнить последствия боя представителей Дождя. Тогда Скуало, и без того от природы обладающий бледной кожей, напоминал лист бумаги, белый, почти прозрачный, и на вид очень хрупкий. Казалось, любое неосторожное движение приведёт к непоправимым последствиям - Дино, собственно, Скуало тогда и не трогал. Мечника в принципе какое-то время держали в медикаментозной коме: Каваллоне, несмотря на длительный перерыв в общении, неплохо знал особенности характера Скуало. Слишком активный, неугомонный, преданный Занзасу, он бы не смог просто лежать в кровати, зная, что где-то решается судьба человека, за которым он когда-то пошёл добровольно.
Неизвестно, считал ли Скуало себя дураком после поражения с Такеши, но Дино в данный конкретный момент был о себе очень невысокого мнения. Это надо было так неосторожно подставиться! Знал же, что многим не нравится его политика, осознавал, что некоторые могут попытаться его убрать - и всё равно повёл себя весьма неосмотрительно. Не вовремя расслабился, очень не вовремя... хотя, можно подумать, с его родом деятельности вообще можно позволять себе потерять контроль.
Повезло, что покушение не закончилось ни для кого со стороны Каваллоне летальным исходом. Никто не умер, более того, ранить противникам удалось только самого Дино. Балбес как и есть - правильно говорил когда-то Реборн. Подставился, как мальчик. Будь он до сих пор на обучении у Реборна, малыш сейчас сидел бы около Каваллоне и читал ему бесконечную лекцию о том, как важно трезво оценивать свои возможности, быть всегда начеку, а закончил бы свою речь чем-то вроде профессионального напутствия. Повздыхал бы, конечно, что некоторые Кони неисправимы и так и лезут на рожон, сказал бы что-то полуобидное, и скрылся бы из комнаты. Иной раз и порадуешься, что обучение условно-завершено...
Кто тут ещё храбрился, стоит поспорить: Скуало всего несколько месяцев назад буквально по кусочкам собрали. И повезло, что неподлежащих лечению ранений не было - больше всего пострадали кости, старые переломы должны и сейчас давать о себе знать, мышцы, которые относительно восстановились, да и значимая кровопотеря бесследно для варийца не прошла. Сколько мечник перенёс операций, даже считать не хотелось - а туда же, в порядке он...
- Считай, что я просто догадался, - Дино слабо улыбнулся, не вдаваясь в долгие объяснения, а как же именно он понял, что Скуало сорвался к нему в поместье с тренировки. Все свои карты Каваллоне открывать не хотел.
- Полагаешь, что сейчас я могу позволить себе расслабиться?
Приятно осознавать, что старый друг и сейчас беспокоится за раненого Дино: значит, их отношения, несмотря на долгий перерыв, не были разрушены окончательно, выйти на этот уровень с нуля так быстро не получилось бы. Косвенно Дино и до этого понимал, что отнюдь не перешёл в ряды "чужих" для Скуало: мечник очень тяжело находил общий язык с окружающими, фактически ни с кем не имел близких отношений, но, заведя дружбу, с большим трудом вычеркивал человека из своей жизни. Каваллоне, как показала практика, так вычеркнуть и не смог, несмотря на все их разногласия. Собственно, это работало в обе стороны, Дино помогал Скуало не из-за шкурного интереса.
Мечник и сам сейчас понимает, что Каваллоне никак не может позволить себе праздно валяться в постели, не думая ни о чём, особенно о том, как его ранение может отразиться на Семье.
- Меня не твой источник беспокоит, - Дино покачал головой. Конечно, у капитана Варии должен быть надёжный информатор, скорее всего, даже и не один. - Тебе предоставили факты, кому-то - слухи... твой канал в мафии не единственный, кто сейчас обладает реальными сведениями. Разумеется, они пойдут дальше, такое скрыть не получится.
А впрочем, слухи ходят всегда, к этому все были давно привычны. Информаторы знают о ранении главы Каваллоне? Значит, надо всего лишь сделать вид, что оно не настолько серьёзно, как говорят. Только так можно обезопасить Семью.
- Содержание этих слухов я примерно понял, когда появился на сегодняшнем собрании, - Каваллоне невесело усмехнулся. - Меня там явно не ожидали увидеть. По крайней мере, на своих двоих.
Может, Дино ещё не похоронили, но явно посчитали, что Дон третьей по значимости Семьи на какое-то время выведен из игры.
- Да что теперь об этом говорить, - Каваллоне качнул головой. Острый период уже прошёл, а в следующий раз Дино будет осмотрительнее. Сегодня ему повезло, но и скушать судьбу чересчур опасно, никогда не угадаешь, когда полоса везения закончится. А она никогда долго не длится, и обрывается в самый неудачный момент, ровно тогда, когда этого совсем не ожидаешь.

+2

13

Дино отказался говорить о том, как раскусил его пребывание на тренировке с таким видом, будто у самого было как минимум с десяток информаторов в Вари! Вот же несносный Конь! И как вот с таким разговаривать! Скуало не отказался бы узнать, в чём же всё-таки прокололся, кинул взгляд на одежду – униформа как униформа… Но он знал, что Каваллоне умел не только подмечать малозначительные мелочи, но и неплохо разбираться в человеческих сердцах. К тому же оба имели право на свои секреты, а эти были совсем не те, из-за которых стоило устраивать пытальню в духе Маммона или копить обиду. Правда, желание взять одну из подушек и как следует огреть ею Каваллоне появилось и никуда не делось – Супербиа сжал и разжал правую руку, сдерживая себя, но в таком состоянии, в каком был друг, всё-таки не стоило.  Ещё блин вырубит ненароком этого Пони-доходягу...
Скуало вздохнул и немного сгорбился, понимая, что он хоть и был всегда ответственным пациентом, но только пока не выходил за пределы больницы, в Варии предписания приходилось выполнять постольку поскольку, бешенный темп жизни, необходимость всегда быть начеку давали о себе знать. Даже по приказу он сам вряд ли бы смог расслабиться. Только по ночам, когда не был завален отчетами порой просиживал с книгами или когда вырывался на природу. И это в обычное то время, а уж когда такая ответственность… Насколько сложной ситуация была у  Дино мечник только мог догадываться. Тому приходилось решать куда больше вопросов, да и Вария была в разы меньше, чем Семья Каваллоне.
–  Врой! Ты должен. Не для себя – так для остальных. Иначе толку с полудохлого Босса, –  Супербиа прищурился немного насмешливо, но он знал, чем можно зацепить повернутого на своем клане жеребёнка. Ради себя тот не был  готов на такие жертвы – а вот если ради других… Словом, у каждого наряду с любимой мозолью есть и отличный мотиватор, который ставит всё на свои места. Но Каваллоне, конечно же, никак не мог успокоиться – лицо выглядело сосредоточенным, серьёзным, в потускневших глазах не исчезала задумчивость… и этот тот самый Гарцующий Конь, который появлялся на поле боя, встряхивая соломенными волосами, с горящим огнём во взгляде, который бойко щёлкал кнутом и всегда твёрдо стоял на обеих ногах.
От следующих слов Дино Скуало сначала нахмурился, а потом брови резко взлетели вверх. Конечно, он уже не был настолько наивным, чтобы не разбираться в мире мафии, но неужели Каваллоне думает, что сейчас кто-то попытается напасть на его Семью или же на него самого? И у кого есть настолько мощные силы и крепкие зубы, чтобы не обломать их? Слухи-то слухами, но кажется, Дино не до конца понимал, что после стольких лет упорного и плодотворного труда – его «бизнес» не представлял собой ушлую лодчонку, которая могла опрокинуться от любого порыва ветра или же пойти на дно от мельчайшей протечки. Скорее, это был уже современный и военный крейсер, готовый к любым ситуациям – даже если пробоина доставляла проблем, то только в том плане, что команде придётся немного побегать, а капитану проявить осторожность –и всего. Но без умелого руководства это судно точно никуда не поплывет, так что…
Врой! Конь! Ты совсем сдурел?!! – воскликнул Скуало на эмоциях. Желание дать ему по шее вспыхнуло с новой силой. В его понимании преступление было таскаться в таком состоянии куда-то, с учетом, что он вон ровненько не смог пройти… но Супербиа не был и идиотом. Понимал, что иначе было просто нельзя. Глаза потемнели, он недовольно поджал губы и сжал в кулак руки. В сражениях редко, но бывало, когда серьезная травма или же подорванные силы не давали возможности продолжать, но ставка была высока и приходилось собирать волю в кулак. Так было в бою с Тиром,  так было в Азии, когда в борьбе один против всего мира он удерживался на чистой гордости. У Дино основное сражение разворачивалось в светлых, богато украшенных залах, где полно мерзавцев с гнилыми душами и приятными улыбками на губах. Не так уж они непохожи, если смотреть в суть… Но не только это делало их друзьями. И вообще, он сам вот за каким фигом приехал? Поиздеваться над побитым жизнью Дино или же поддержать? Выдохнув, Супербиа скинул ботинки, потянулся к пуговицам форменной куртки, умело расправился с ними (еще бы, наловчился с протезом-то за столько лет да и не стоило морозить Каваллоне намокшей курткой) – и растянулся рядом с ним поверх одеяла, чуть толкнув в бок, чтобы тот подвинулся. Перед этим он привычным жестом поймал свои волосы, скрутил в жгут и откинул в сторону: мечнику не хотелось выдрать клок или же запутаться в них, подобно рыбе в сетке.
О чём ты мечтаешь? – настолько спокойно, насколько позволял его голос, произнёс Скуало. В первый раз они так валялись рядом на лужайке, мечник тогда вымотался после тренировки, а Дино вдоволь наообщался со своими любимицами, которые теперь хрупали травой, не обращая на двух мальчишек внимания. Приземлился с ним рядом, конечно же, Жеребёнок, и задал этот вопрос. Супербиа помнил тот пронизанный солнечными лучами день, плывущие рваные облака, стремительно проносящиеся над головой и разговор. Наивный, детский, неспешный и радостный.

+2

14

- И ничего я не полудохлый, - храбрясь, ответил Дино, мысленно признавая правоту Скуало. Точнее, его частичную правоту.
Пока Каваллоне в таком состоянии, семье он действительно ничем не поможет, так что это в первую очередь в его интересах, набраться сил и встать на ноги. Казалось бы, лежи, спи да радуйся внезапно свалившейся возможности побездельничать - Дино ведь на самом деле был довольно ленивым человеком, и в детстве он считал, что если его никто не будет трогать, то он благополучно проспит немало часов, прежде чем проснётся, да и то, чтобы поесть и проведать любимых лошадок. А сейчас нет, даже при своём ранении спокойно валяться в постели Дино не может, искренне переживая за текущие дела клана.
Семейный бизнес стал его детищем: нельзя сказать, что Дино построил всё собственноручно, но вложил в воскрешение некогда успешной компании много сил. Терять всё из-за глупого ранения было как-то... обидно.
Впрочем, Скуало в своих рассуждениях не ошибался - произошедшее с Доном не могло настолько выбить из колеи всю семью, чтобы все его подчинённые разом растерялись и перестали адекватно себя вести. Есть кланы, в которых всё держится на их главе, Каваллоне, к счастью или нет, принадлежали именно к этой модели существования. Тем не менее, Дино не умер, и один только этот факт удержит семью на плаву, ровно до тех пор, пока Дон не оклемается окончательно.
- Как будто я мог по-другому, - скривился Дино, понимая возмущение Скуало.
Возможно, Каваллоне поступил не совсем разумно, истратив последние силы на появление на очередном собрании Альянса, но не придти туда значило лишь одно - признать осбтвенную слабость сразу перед всеми сильными мира сего. Если бы дело было в одной только уязвлённой гордости, Дино мог бы и отправить вместо себя кого-нибудь... впрочем, нет, не мог. У клана есть официальное лицо, человек, который должен отвечать за все действия семьи, и именно этот человек не мог себе позволить расслабиться и проигнорировать собрание. Это его долг перед теми людьми, которые в самый нужный момент оказали ему поддержку. Предать их доверие Каваллоне не мог.
В конце концов, не Скуало ему что-то высказывать: мечник всю жизнь вёл себя ничем не лучше своего старшего товарища. Дино помнил, каким его друг был в школе - никогда не отказывался от спаррингов, даже, наоборот, так и стремился затеять новые и совершенно не обращал внимание на свои ранения. "Царапины", - говорил он и, гордо фыркая, отказывался идти к врачам, хотя частенько его бои оканчивались совсем не безобидными ранками. Противникам, разумеется, приходилось ещё хуже, но Каваллоне это считал сомнительным поводом для гордости. Так называемые царапины Скуало от чужих ранений не становились менее заметными - собственно, так у Дино появился его первый пациент. Маленький Каваллоне был так себе врачом, но логично посчитал, что даже его неловкие манипуляции это лучше, чем игнорирование проблемы.
Следующие действия Скуало вызвали у Дино ироничную улыбку. Мечник скинул ботинки, стащил с себя влажную от дождя куртку, а затем бесцеремонно залез в чужую кровать, растянувшись поверх одеяла. Всё бы ничего, если бы не толчок в пострадавший бок - Каваллоне зашипел, напомнив здорового кота, но подвинулся, освобождая Скуало место.
- Никогда не думал волосы убирать? - с любопытством отметил Дино нехитрые манипуляции Скуало. - В косу. Тебе бы пошло, - Каваллоне не удержался от дружеской подколки, усмехнулся и тут же снова поморщился от внезапной кратковременной вспышки боли в боку. Ладно, придётся признать чужую правоту: отдых нынешнему Дону совсем бы не помешал. Хотя он ведь и так лежит, большего от него требовать неразумно.
Заданный Скуало вопрос словно перенёс Дино на десять лет назад. Какими они тогда были смешными, маленькими и наивными! Кто-то боялся лошадей, не решаясь подойти к этим огромным и страшным животным, кто-то спотыкался на ровном месте, но по неясным причинам эти мальчишки нашли общий язык. Каваллоне помнил, каким удивлённым выглядел мечник, получив приглашение покинуть на выходные школу и посетить чужое поместье, впрочем, он сейчас не мог сказать, чем руководствовался, делая тогда ещё не близкому другу подобное предложение.
- Десять лет назад я сказал тебе, что мечтаю, чтобы это всё исчезло. По иронии судьбы, сейчас я хочу обратного.
Если оценивать жизнь Дино объективно, то ему не на что было жаловаться. Его жизнь не была безоблачной и идеальной, но его всё устраивало, более того, он давно научился ценить, что имел.
- Ну а чего хочешь ты?

+1

15

Супербиа не видел смысла в дальнейших нравоучениях в адрес Дино о том, как не нужно подставляться… Уж что-что, но действительно не ему учить подобному. Всякое бывает, и даже у него, сделавшего убийство своей профессией, порой бывали серьёзные проколы, оставлявшие на его карте тела новые извилистые линии шрамов… Вот такие вот отметки жизни. Куда деваться. Оставалось надеяться, что Каваллоне учтёт этот опыт и впредь эту светлую голову не понесет неизвестно в какие дали навстречу неприятностям. Во всяком случае, его положение и политика позволяли во многом избегать серьёзных проблем, а в остальном – он всегда мог обратиться к той же Варии. Мечник не стал предлагать ему свою помощь, понимая, что тот не маленький и сам решит, когда и что действительно нужно для блага Семьи Каваллоне, да и как-то так получается, что по факту кроме того дня, когда они познакомились (хотя Скуало не считал ту заварушку чьим-то спасением или помощью) ничего полезного так для Дино и не сделал, а вот тот для него – ещё сколько. Но, может, он судил слишком просто, а бывший Жеребёнок сам видел, что приносит ему это вот общение, которое они пытались сейчас восстановить.
Мечник заметил, что доставил ему неприятностей своим тычком. Конечно, он знал о ранении, но понятия не имел, какая часть тела пострадала – под рубашкой Дино не было видно, но  извиняться он особо не умел. Так уж был устроен, не, ну, конечно, иногда он мог выдавить из себя в крайнем случае «прости», но обычно это просто сводилось к тому, что заметив свой косяк он старался больше так не делать – вот только это не касалось обычной жизни в Варии, где извинения как форма общения вообще не была принята, а все недовольство выражалось куда более резкими и грубыми словами… Скуало, обосновавшись с ним рядом, уже особо не шевелился, живую руку он закинул за голову и повернулся в полоборота к нему, смотря в лицо Дино…
Врой! Советчик тоже мне нашелся! – Скуало от души и в простых, но непечатных выражениях высказал свое мнение по поводу такой прически. Вообще, он довольно резко реагировал на любые попытки «создать ему новый образ». Особенно когда Лусса накрывал очередной приступ умиления и «Дай я тебе, слааадкий, сделаю на голове чудо!! Мамочка знает, как тебе лучше!!» Вот тогда Супербиа был готов пустить вход любое оружие и выстроить баррикады высотой с Эверест!  Хоть да, польза от Солнышка была, особенно в подборе средств по уходу за патлами,  но это уже другая история.  – Вот в следующий раз отдам тебя Луссу – он тебе наплетет кос! Или навяжет хвостиков! – засмеялся Скуало, не особо громко, но для обычных людей,  пожалуй, так бы не показалось, не выдержал и чуть подергал Дино за средней длины соломенные пряди, потом фыркнул.  Было огромное желание дать тому еще по шее – но и так уже переборщил, так что на другой раз, когда Коняга отживеет.  – Заплетал. Это ж знаешь, с распущенными &^&%^@ как жарко… Но… &@#@@! Потом волосы же волнистыми становятся! – он снова ругнулся, вспоминая то, каким был довольным, когда в первый раз научился складывать один и два. Нехитрое дело для тех, кто сталкивается с плетением постоянно, но не для парня, который не желал тратить время на бабскую ерунду. Вот только радость была недолгой. Точнее, до первого расчесывания и взгляда на себя в зеркало. В крайнем случае, когда становилось совсем тошно от прилипающих в жару волос, у себя в комнате он порой собирал волосы в хвост – после него было не так позорно, но об этом пожалуй, не стоило рассказывать.
Он посмотрел на него – выражение на лице Дино было слишком… серьёзное. Да, как тогда это было его самое сильное желание – не иметь никакой причастности ко всем этим мафиозным делам, то сейчас в той же степени он болел всем сердцем за свою Семью и своих людей. Надо же как сложилось.
  – Врой… а ты же и тогда не мог бросить своих. Помнишь, когда я тебе рассказывал о своих планах и готовился к путешествию – у тебя же даже желания не возникало пойти со мной. Я видел это. И не только из-за страхов, что там может что-то случиться… Да всё будет в порядке... Ты справишься! – немного беспечно, но, тем не менее, уверенно заявил он.
Чего хотел Скуало? Вопрос был очень сложным и очень простым… Но точно он уже не хотел славы – она у него была, идущая впереди него и пугающая простых обывателей мафиозного мира до дрожи в коленях. Не хотел денег… Они у него, конечно, были, но он не Маммон, который носился с ними, будто те могут сделать счастливее, тогда как он знал точно – даже за все сокровища мира настоящие ценности не купить. Не хотел власти… И так 8 лет «науправлял»… Морщина меж бровями стала глубже, он не сразу нашёлся, что ответить.
Врой… пожалуй. Я не хочу чтобы такая вот херня, как недавно, снова происходила в моей жизни… – и это было совершенно верно. Смотреть на то, как по приказу Тимотео Вария, а самое главное Занзас, стали послушной игрушкой, когда над всеми ними нависла угроза истребления – это никаких  сил не хватит, пусть ты и топ-киллер с стальными нервами и демоническими навыками! Настроение сейчас , конечно, было лучше, чем после мятежа – они снова были вместе, они были свободными, но растоптанная гордость, вынесенные унижения, испытания – дорого стоили для всех… – Испытаний и сражений я не боюсь, ты знаешь, я всегда их любил… но быть чьей-то марионеткой… нахрен, – этого болота ему хватило уже выше крыши, нахлебался так, что через край, так что теперь… он надеялся, что всё будет иначе.

+2

16

- У меня слишком короткие волосы, причёска будет смотреться не так эффектно, - фыркнул Дино, затем не сдержал смешка, тут же схватившись за пострадавший в результате покушения бок. Было не слишком больно, но короткие вспышки тоже удовольствия не приносили. Ещё и Скуало так неудачно ткнул друга в бок: попал в не пострадавший, но Каваллоне рефлекторно дёрнулся от резкого прикосновения чужой ладони, чем спровоцировал новый укол боли. Что ж... впредь будет осторожнее и постарается поберечь себя от резких движений, по крайней мере, до закрытия раны.
Менять образ Скуало он вовсе не собирался, да и своё предложение сделал скорее потому, что даже представить себе не мог, насколько тяжело мечнику жить с такой длиной волос. Они же тяжёлые, должны мешать в бою - а жизнь варийского мечника соткана из полотна сражений. Дино мог честно сказать, что при умеренном ветре даже его средней длины пряди сильно закрывают ему обзор, а как Супербиа умудряется что-то видеть, при его-то подвижном образе боя... Загадка. И не Каваллоне её разгадывать.
Иногда Дино становилось любопытно, насколько в самом деле мечнику надоели шуточки о его волосах. Каваллоне в целом старался их избегать, догадываясь, что за таким принципиальным решением отращивать длинные белые пряди таилось нечто большее, нежели жажда выделиться и привлечь к себе внимание. Скуало никогда не был модником и пижоном, Дино знал его достаточно близко, чтобы сделать такой вывод. Если мечник решил отращивать волосы, значит, на то были свои причины. Личные, в суть которых не надо посвящать даже старого друга.
- Да брось, - усмехнулся Дино, мысленно возвращаясь в то время, когда он стоял в начале своего пути становления Доном. - Я тогда своим больше мешал.
Маленький Каваллоне в тот момент не вызывал уважения и только законченные оптимисты могли увидеть в неуклюжем светлом пареньке будущего Дона мафиозного клана. Как оказалось, таких людей вокруг него было много, собственно, все подчинённые отца. Власть сменилась, но никто из семьи не ушёл, все остались ждать. Чего ждать? Окончания обучения Дино, первых его решений, принятия им его судьбы? Каваллоне этого не мог сказать точно. Но что он понял впоследствии: его люди видели в нём эдакий символ надежды. Они ведь все понимали - из мафии не уходят, и если мальчишка, наследник Девятого, не поднимет клан, то светлого будущего ни у кого из них не будет.
- Это ты всегда был готов в любой момент сорваться с места, - с лёгкой улыбкой на губах продолжил Дино. - Меня такие перспективы только пугали.
Скуало был школьником, подростком с выраженной гиперактивностью и желанием развить свой талант. Он был хорошим бойцом, но до своего памятного путешествия сражался по большей части с другими школьниками. Эти бои не были серьёзными, больше тренировочными, до первой крови и испуганных криков: "Сдаюсь!" И, конечно, Скуало этого было недостаточно, чтобы его талант полностью раскрывался, мечнику нужны были настоящие противники, готовые биться до последней капли крови. Дино даже десять лет назад это понимал, а потому не пытался остановить друга, не старался его вразумить и напомнить обо всех трудностях, с которыми он бы столкнулся во время своих странствий. Если Скуало что-то для себя твёрдо решил, пусть делает.
У Дино же и в самом деле не возникало желания присоединиться к другу. Во-первых, он объективно Скуало только бы мешал: сражался молодой Каваллоне плохо, падал на ровном месте, связями или деньгами не обладал. Во-вторых, Дино был нужен в Италии: он не хотел становиться частью мафиозного мира, но подсознательно чувствовал свою ответственность перед людьми отца. Подчинённые Девятого ещё не стали для юного Каваллоне его подчинёнными, но он уже чувствовал, что не сможет просто развернуться и уйти. Свобода у каждого своя - и Дино свой выбор тоже сделал. Хотелось бы верить, что добровольно.
Каваллоне скосил задумчивый взгляд на размышляющего вслух Скуало. Дино был в курсе тех унижений, которым подверглась Вария - Девятый мог называть это "временными ограничениями свободы действия отряда", но было ясно, что на самом деле профессиональным убийцам всего лишь показывали, кто в мафии главный. Жёстко, но действенно, противопоставить такой власти варийцам было нечего - ход, может, и грубый, но своего эффекта Дон Тимотео добился.
- А сейчас ты не чувствуешь себя чьей-то марионеткой?
Вопросы был задан без сарказма, Дино и вправду хотел знать, удалось ли Скуало отойти от недавних событий, восстановить свою гордость и приготовиться идти дальше. Каваллоне на собственном опыте знал, что не так сложно начинать что-то с начала, как что-то переделывать, исправлять старые ошибки, заодно преодолевая чужие косые взгляды, идти против общественного мнения.
Варийцу это тоже должно было быть знакомо. Но что он намерен делать дальше?

+2

17

Скуало хотелось засмеяться во весь голос – вот что за люди?!! Как пытаться заплетать ему бантики-косы или представлять разные прически, так в первых рядах, в любой момент и в любом месте, стоит только зазеваться, а как себе – так сразу «не, нам не идет». С этими двойными стандартами он уже сталкивался. Правда, у Лусса и так хватало каждый день ставить свои волосы в ирокез – и что-что, а Скуало на одной из миссии был тому живым свидетелем… И в тот момент он понял, что его жизнь уже не станет прежней. Тратить столько времени и сил, чтобы создать такую яркую индивидуальность – какая вроде бы глупость… но в тоже время и подвиг. Ежедневный. А он… только мыл и расчесывал отросшую гриву с матами и желанием всех поубивать, но привести в порядок было ой как сложно. Дино… вот он был уверен на сто процентов, что тому можно было навязать не то что кучу каких-нибудь хвостиков, как той же поняшке в цирке, но и наплести и на короткие волосы «крааасоты», как говорит их Солнце. И какая-то часть души очень хотела этого… но технически было сложно доставить голову Коня, не желающего чтобы его заплетали, к Луссурии, которому только дай повод – и все… Охохонюшки, лепота готова! Если только напоить чем-то, но после такого точно их дружбе придет конец. Так что можно было только пофантазировать, но не больше.
Супербиа был не согласен с мнением Каваллоне, что тот был «мешающим» элементом в собственной Семье… Как раз наоборот – поместье преображалось с каждым его приездом. Скуало, конечно, не был там никогда без него, но видел, какими оживленными становились лица при виде молодого и будущего главы клана, и то, как они мрачнели, когда это маленькое солнце проносилось мимо них, вновь оставаясь в тени. Дино дарил им надежду точно также, как в лесу на пепелище после разорительного пожара молодые всходы радуют глаз. Но разве объяснишь? И право ли он в своем наблюдении? Пожалуй, и так слишком много лишнего взболтнул, так что пусть довольствуется уже сказанными словами, которых не вернуть. А вот вспоминать то шальное детство было очень даже радостно… На тонких губах появилась довольная усмешка.
  – Врой! Не сиделось мне… – дело ли было во врожденной гиперактивности или же в том, что ему долгое время пришлось быть без движения, он не знал. Пожалуй, он всегда был реактивным, а после больницы – так вдвойне. Она только усилила его желание жить и познать себя и свои возможности.  – А тебя и мои заскоки пугали каждый раз! Особенно когда разнёс ту школу недофехтовальщиков…
Громкое было дело, за две недели до его побега… Скуало сам не ожидал, что так получится – вроде бы выследил одного более-менее интересного бойца, а там подтянулись другие, а потом сражение само собой переместилось уже на территорию школы. Вернулся он тогда пьяный от торжества, с огромными синячищами по всему телу. Да еще и последствиями, которые пришлось разгребать руководству их закрытой школы и опекунам. Из минусов было только то, что его стали меньше задирать во всем районе, слава пошла дальше – а сам он чувствовал себя победителем, которому, однако стало слишком тесно на Сицилии. Дино же тогда пугался, словно его самого вот-вот выгонят, хотя за учебу никогда не цеплялся, но нотаций не читал, а Скуало только смеялся, трепал ему волосы, фыркал, когда Дино бинтовал и заклеивал его синяки и раны – домашний же мальчик, и чего вот к такому ему дурному прилипился? Но дружба проверяется больше всего таких вот ситуациях– не бросил, не предал, не осудил.
  – Врой! Вот ты и нашел свое место и дело. Так что не смей переживать! 
Каждому – своё…
«Так что не смей больше подставляться под удар. Ты всем нужен…»
Но вслух он этого, конечно, не стал произносить. Потом, услышав его следующий вопрос, сразу понял, куда дует ветер. Дино осторожничал. Эта тема была ещё болезненной.
Ты считаешь, что я стал марионеткой Занзаса? – прямо спросил Скуало, понимая этот намек именно так. Увиливания и околоцелехождения он не любил, предпочитая где это возможно коротким и резким взмахом словесного меча разрубать гордеевы узлы противоречий и недосказанности. Взгляд со стороны мог быть другим, но все-таки прочувствовать отношения можно было только изнутри. Занзас не был тираном, Занзас не был безнадежен, Занзас не был тем, кто не ценил своих людей. Он умел делать правильные выводы, не сдавался, шел вперед и ценил тех, кто ему верен. Он тоже был ему другом. Помнится, что как раз из-за этого вопроса у них возникло недопонимание…а потом и серьезный раскол. Скуало не мог сказать, а Дино… не мог понять. Он качнул головой, – Нет, Мустанг… Как бы это не выглядело…это мой выбор. Меня все полностью устраивает… – он нахмурился и посмотрел на него серьезно. Орать и вопить он не собирался, но не имел понятия, как донести до друга эту простую мысль. – Он действительно тот человек, которому должен служить мой меч.

+1

18

Людям свойственно меняться, не кардинально, но всё же некоторые черты характера и манеры поведения претерпеваю некоторые изменения с течением времени. Дин всегда был благодарен Реборну за его вмешательств и за те силы, то Аркобалено когда-то вложил в своего ученика, но заслуга бывшего тренера не переоценивал. Из хитреца нельзя сделать честного воина. Богачу нельзя привить сознание нищего. Также и с Дино: не будь в нём какой-то внутренней силы и таланта к управлению, Реборн никогда не смог бы сделать из него Дона мафиозного клана.
Когда-то он был безответственным ранимым мальчиком, который бегал по поместью и бесконечно падал, спотыкаясь о собственные ноги - точнее, Дино таким казался. Небольшого морального пинка оказалось достаточным для того, чтобы из него получилось то, что получилось.
- Больше всего меня тогда напугало твоё внезапное прощание.
Дино понимал, с первого дня знакомств со Скуало догадывался, что в скором времени он покинет стены школы, где ему слишком тесно, где всё его душит, и отправится в свободное плавание. И всё же он оказался не готов к тому, что попрощаются они настолько скоро - как чуть позже не был готов к смерти отца и появлению Реборна на пороге поместья Каваллоне. Дино не любил сюрпризы, но жизнь с завидной регулярностью их ему подкидывала, и приятными они были крайне редкими.
- Скорее, оно всегда у меня было.
У Дино всегда были дело и  семья, просто раньше он не отождествлял людей вокруг себя именно с этим понятием. В классической представлении ребёнка семья - это мама, папа и другие ближайшие родственники. Когда-то Каваллоне многое отдал бы, чтобы иметь такую простую модель: увы этого он был лишён. Матери Дино не помнил, отец же ассоциировался больше не с воспитанием ребёнка, а с кровью, какими-то встречами, серьёзными лицами и необъяснимой грустью. Они нечасто проводили время вместе, маленький Каваллоне раньше думал, что это из-за того, что он такой дурной ребёнок, не оправдавший надежды родителя. Много позже до него дошло, что его пытались защитить и подготовить к грядущим переменам и проблемам. Отца уже давно нет, а перед ним и сейчас стыдно.
Впрочем, не одного Дино терзали внутренние переживания. Кажется, людям свойственно иногда видеть намёки там, где их нет: если человека слишком сильно тревожит какая-то тема, то подсознательно он будет думать, что все остальные обсуждают именно её. Скуало всегда был человеком прямым, кто-то считал его резким и грубоватым, но Дино давно привык к тому, что мечник просто не умеет по-другому. Человек военной выправки, он не любил хитрости и увиливаний, не боялся говорить о волнующих его вопросах, а если что-то не хотел обсуждать, то находил в себе силы об этом признаться.
Словоблудием в их дружбе занимался совсем другой человек. Каваллоне учили совсем иному, не столько воинскому искусству, сколько дипломатии и правилам ведения диалога.
Впрочем, это всё не отменяет того факта, что он сейчас даже не пытался перевести разговор на обсуждения Занзаса.
- Я знаю, - просто ответил Дино, вспоминая их старый разговор о Варии, Занзасе и о собственных обвинениях друга в слепом подчинении сыну Девятого. - Это твой выбор.
Скуало - взрослый человек, он вполне может и принимать самостоятельные решения, и отвечать за последствия, к которым его действия приведут. Каждый выбор так или иначе ведёт к какой-то развилке, к новому жизненному витку, и все годы своих тренировок и обособленного существования, что вёл Супербиа в Азии, должен были его к этому подготовить.
- Но я говорил не о Занзасе, а о Девятом.
Каваллоне чуть подвинулся на кровати, морщась от несильной боли в боку,
- Он ведь всё хорошо просчитал, - Дино чуть нахмурился, формулируя свою мысль. - Я даже представить не могу, насколько Дон Тимотео видел всю картину наперёд.
Это не было слепым восхищением: Каваллоне знал, что многие поступки Девятого были, как минимум, не этичными. Глава Вонголы умело управлял Альянсом, подобрал с улицы мальчишку с ярким пламенем и вырастил из него босса Варии, дал ложную надежду на успех переворота, использовал весь его отряд для достижения другой цели...
Ужасно во всей этой ситуации одно: Дино знал, что когда в его жизни встанет выбор между интересами семьи и моральными ценностями, Каваллоне даже на секунду не задумается об этичности своего поступка.

0

19

Воспоминания о детстве, пусть таком вот суматошном, безумном и сумасбродным, какое было у него, как не крути, были приятны. Вроде бы пустяк, мелочь, но все равно на сердце становилось теплее, на душе спокойнее, а все тревоги, из-за которых он сорвался сюда, в поместье Семьи Каваллоне, окончательно отступили прочь. Конечно, кровать совсем не была похожа на травяную лужайку, на которой они изредка отдыхали после тренировки, но общаться это ни капли не мешало.
Не важно где, а главное - с кем рядом. Компания ж Дино, как бы странно не смотрелись их отношения со стороны, была именно тем лекарством, которое так было необходимо расшатанным нервам мечника. Особенно сейчас. Когда они только возводили спаленные в огне безрассудства мосты.
Конечно, Скуало понимал, что для друга его уход, пусть даже он предупреждал заранее, все равно был серьезным испытанием. И дело было совершенно не в том, что Дино лишился защиты, Супербиа ею никогда и не был, но, конечно, когда они гуляли рядом, то того не трогали. Но зато Каваллоне оказался втянут во многие другие сомнительные предприятия, в которых бы без его своеобразного влияния тот никогда не оказался. Дино бы не приходилось перевязывать раны мечника после очередных потасовок, прикрывать ночное отсутствие и ждать с очередных разборок.
- Знаю... - ответил Скуало, смотря в потолок.
Неожиданно в горле возник ком, который так сложно было проглотить. Если бы не его эгоизм и сумасбродство, то все могло быть совершенно иначе. Тогда он не сомневался в своем решении, сейчас же... Почему то хотелось сказать "прости", но он промолчал.
Осознать свое место в жизни - это большое дело, и то, что каждый определился - это было действительно замечательно. Оставалось только следовать этому пути.
Дино как всегда был дипломатичен, не желая говорить о Занзасе, однако для Супербиа эта тема уже не была столь болезненной, как раньше. Он мог спокойно обсуждать его, но все равно переживал, что тот еще пока никак не мог вернуться в обычное русло жизни, никак не мог оправиться после перенесенного кошмара на яву. И все из-за долбанутости двух козлин.
Он поморщился, поняв, в какую сторону ушел разговор.
Скуало видел, как тема Тимотео была неприятна другу... Или, точнее, сам этот человек был ему неприятен? Мечник кинул взгляд на его изменившиеся серьезное лицо. Конечно, Каваллоне знал о махинациях Босса Вонголы куда больше, чем сам Скуало, но и тому хватало того, что он видел своими глазами, а особенно то, что пришлось пережить. Он не выдержал, кинув на него  пристальный взгляд, потом сел и посмотрел перед собой.
- Вроой... Мне стало легче... Больше нет такого давления. Во всяком случае, на меня. Я понятия не имею, о чем договорились Занзас и Тимотео и какие свободы получила Вария, если вообще получила, но мы пока перешли только на не-мафиозные заказы...
Маммон, конечно, в очередной
Супербиа также нахмурился и сел в полоборота к нему, не скрывая лицо, но стараясь не сжимать руку в кулак, как бы этого не хотелось. - Просчитал. Ты прав. Мы все его пешки, не больше... И это на самом деле отвратительно... Но раз мы не способны переиграть его, то что нам остается?- Супербиа посмотрел на Дино.
Хотелось добавить, что и Саваде, новоиспеченному наследнику мафиозного клана, придется не сладко, но он промолчал. Не хотелось по тем же причинам, по каким Дино старался избегать разговора о Занзасе. И так хватило призрака этого паука.

0


Вы здесь » KHR! Dark Matter » Личные эпизоды » Вопрос доверия


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC